— Идем на север, — сказал он. — Будем возвращаться по нашим следам.
Солдат его слова явно не обрадовали.
— Не хотите попасть к фрицам в плен, значит, нужно уходить отсюда. И если у кого-то остались припасы, съешьте их сейчас.
Отсутствие еды беспокоило Таннера больше всего остального, именно об этом он и думал, когда его отряд выступил в обратный путь. Пока что солдаты не жалуются, они притихли, оглушенные гибелью Гарраби и Дрейпера.
Он подумал о том, не стоит ли объяснить им, что первая утрата — всегда самая тяжелая. Потом человек привыкает к таким вещам, и даже когда в двух шагах от него гибнет близкий друг, воспринимает это не так трагически. Однако время для подобных разговоров было упущено. Да к тому же скоро они и сами все поймут.
Из лежавшей внизу долины все еще доносились звуки боя. Таннер достал карту, которую дал ему Дингуолл. Если верить ей, река Логен протекала к югу от деревни Ойер. И хотя отряд двигался, Таннер знал, что теперь они находятся за линией фронта. Все, что ему требовалось, это хотя бы недолгое прекращение огня. Если они обгонят немцев, то смогут воссоединиться со своим батальоном.
Мысли его снова вернулись к пустому желудку. Но тут Таннер увидел, как Сайкс поднял вверх руку. Таннер послал капрала и Макаллистера вперед, и теперь они припали к земле ярдах в пятидесяти от него. Приказав остальным солдатам остановиться, он, пригнувшись, подобрался к своему авангарду.
— Что там? — шепотом спросил он.
— По-моему, я видел кого-то за той скалой, — ответил Сайкс, указав на выход скальной породы, находившийся ярдах в ста впереди. Таннер молча подал остальному отряду знак — подтянуться к нему. Первыми оказались трое солдат пулеметного расчета.
— Приготовь «брен» к бою, Дан, — шепотом приказал он капралу Эрвуду, а затем повернулся к Макаллистеру: — Мак, беги вон к тому дереву, оттуда прикроешь меня, я побегу к следующему. А после я тебя прикрою. Идет? А ты, Дан, будешь прикрывать нас обоих — стрелять, если что, из «брена».
Макаллистер набрал в грудь побольше воздуха и побежал. Таннер последовал за ним. Кто бы ни укрывался за скалой, если за ней вообще кто-нибудь укрывался, никаких попыток остановить их не предпринял. Они перебежками продвигались вперед, пока Таннер не увидел на снегу следы и пятна крови.
— Там точно кто-то есть, — прошептал он Макаллистеру. — Жди здесь.
Осторожно ступая, Таннер направился к скале. Из-за скалы доносились голоса, едва слышные, так что понять, о чем там идет разговор, было невозможно. Повесив на плечо «энфилд», Таннер начал взбираться на скалу. А поднявшись по ее южной стороне на самый верх, снял винтовку с плеча, передернул затвор и осторожно взглянул вниз.
Он увидел троих мужчин, двое из них были в серо-голубой норвежской форме. Справа — молодой, светловолосый офицер, слева — мужчина намного старше его, в армейской шинели, под которой, впрочем, различалось гражданское платье. В центре — еще один державшийся за бок офицер.
— Похоже, у вас неприятности, — сказал Таннер. Все трое вздрогнули и подняли глаза вверх. — Кто вы такие?
— Я — полковник Королевской гвардии Его Величества Педер Гулбранд, — хрипло ответил офицер постарше.
Таннер заметил еще чьи-то следы.
— А это чьи? — спросил он.
— Лейтенанта Ларсена, — по-английски, хоть и с сильным акцентом, ответил офицер помоложе. — Он пошел искать место, в котором мы сможем укрыться. Полковнику нужна помощь.
Таннер спустился со скалы.
— Я и мои люди — солдаты пятого батальона полка Собственных Его Величества Йоркширских рейнджеров, — сказал он. — Стало быть, мы с вами — союзники. Сержант Таннер.
— Лейтенант Нильсен, — представился светловолосый офицер.
Таннер повернулся к полковнику:
— Сильно ранены?
— Ему пробило бок щепой, — ответил Нильсен. — Большая потеря крови. Немец по нам промахнулся, однако пуля разбила ствол дерева, и щепа ударила в полковника.
— Я видел, как он вас обстреливал, — сказал Таннер и, вытащив из кармана брюк перевязочный пакет, опустился рядом с Гулбрандом на колени. — С нами ему повезло больше. Двое убитых.
— Сожалею, — сказал Нильсен.
Таннер услышал какое-то постукивание и, обернувшись, увидел, что штатский держит в каждой руке по камушку и бьет ими один о другой. Вид у него был изнуренный.
— А вы кто? — спросил Таннер.
— Человек, которого мы сопровождаем, — хрипло сообщил Гулбранд, не дав штатскому ответить.
Таннер кивнул. «Не хочешь говорить. Ладно. Это не мое дело».
— Щепа застряла у вас в боку? — спросил он.
— Да.
Гулбранд, поморщившись, приподнял гимнастерку. Таннер осмотрел рану. Из бока полковника торчал конец щепы.
— Что скажете? — спросил Гулбранд. Английский его был почти безупречен.
— Она вошла вам в печень, полковник, — ответил Таннер.
— Думаю, вы правы.
Полковник снова поморщился и прерывисто вздохнул.
— Я могу вытащить ее, — сказал Таннер. — Но тогда вы минут через десять умрете от потери крови. Это плохое ранение. Вам нужен госпиталь, полковник.
Он порылся в сумке и вытащил тюбик антисептической мази.
— Это поможет предотвратить заражение.
Таннер смазал рану, наложил на нее повязку.
