Меня абсолютно не радовала подобная откровенность со стороны бывшего коллеги. Это рисовало крайне безрадостные перспективы для меня и остальных. Скорее всего наше будущее теперь будет иметь вид крошечной камеры четыре на четыре с лабораторным столом в центре. По крайней мере, мое так точно. После подобных откровений нас явно не отпустят просто так.
Вяло слушая разглагольствования Заувера, который оказывается любил похвалиться своими успехами, больше внимания уделяла окружающей обстановке. Отчаянья как такового не было. Возможно я просто ещё не осознала и не приняла до конца происходящее, но сейчас мною овладела злость. А в голове крутилась одна и та же мысль: «Нас не могли так быстро найти». Помехи были слишком сильны, чтобы искать с орбиты. За все время над нами пролетел всего один шаттл, и он не принадлежал Федерации. Пусть конечную цель нашего пути и можно было просчитать, но сам маршрут предсказать было сложно — ландшафт местности просто пестрел низменностями, сменяющими их отрогами, хребтами и равнинами. И здесь было просто масса железистых скал и булыжников, негативно влияющих на работу техники, даже на наш крошечный сканер. Мы отошли на приличное расстояние от места падения, пускай и недостаточное для того чтобы чувствовать относительную безопасность, но ядовитая вода местных болот и агрессивные жители надёжно скрыли все следы. Нас не могли отыскать всего за несколько суток. Если конечно кто-то не сдал наше местонахождение.
Наш вынужденный транспорт наконец пристыковался. Шлюз открылся и гравиплатформы подтолкнули в сторону узкой трубы-перехода. Мельком отметив этот факт, вернулась к напряжённым раздумьям. Кто мог предать? Парней, по понятным причинам я отмела. Они оказались в той же ситуации.
Доктор? Возможно. За ним конечно присматривали и проверили личные вещи, но относились максимально корректно. Он мог улучить шанс, если где-то припрятал передатчик. Спасённый нами пилот? Маловероятно, но почему нет? Я лично проверила обыск, когда он был без сознания и просканировав на предмет наличия вшитых подкожных датчиков. Кстати несколько устройств схожей направленности действительно обнаружились, однако это не гарантировало что я нашла все.
Сито? Тоже возможно. Пускай мы и пришли к соглашению, но господин Геларт все ещё оставался слишком мутным типом. Да и не вижу я его что-то неподалеку. Поскольку он был рядовым исполнителем его, конечно, могли отвести в камеры раньше на другом шаттле. Во избежание, так сказать, повторения. Или отправить в колонию для отбывания наказания — она же неподалеку. Но пока я не получила никаких подтверждений этих теорий они оставались всего лишь теориями.
Встречный шлюз принимающего корабля распахнулся, и мы оказались в довольно большом помещении. Не одни. Что я там недавно думала о теориях?
— О, капитан! Или можно сказать бывший капитан, да? — Сито показательно отсалютовал. Он не был скован наручниками и кажется чувствовал себя вполне спокойно по соседству с ещё двумя военными.
— Так это все же был ты. — Пробормотала сквозь зубы, стараясь сохранить спокойствие. Это давалось нелегко, пусть я и ожидала чего-то в этом роде.
— Признаю, я самый. — Геларт выглядел крайне довольным собой. — Но я не хочу, чтобы вы считали меня нарушителем нашего маленького соглашения. Просто стало невмоготу это слонание по дебрям. Сам не ожидал, что мне подвернётся возможность свалить пораньше. Но так оно и сложилось. А до появления этой возможности, я был вам очень даже предан. Где-то день точно.
Но кривляться дальше вору не позволили.
— Уведите этого шута. — Заувер поморщился от одного взгляда на вора. — Высадили его… Кажется тут есть неподалеку планета-колония?
— Э, братан, мы так не договаривались! — Кажется что-то шло не по плану. С лица Сито враз сошла шаловливая усмешка и он заметно занервничал. — Мы ж добазарились с тобой, что ты высадишь меня на ближайший культурной, цивильной планетке. Колония — это не цивильно! Ты нарушаешь договор. Не по понятиям работаешь, чел!
— А чем вас не устраивает планета-тюрьма? Она как раз соответствует вашей культуре и… понятиям. Вполне себе даже цивильная с моей точки зрения. Вы уж в следующий раз обязательно проясняйте все нюансы, а то этот ваш дикий жаргон оставляет огромное пространство для маневров. К тому же, как вы недавно говорили — мне так выгодно. Приятной встречи и теплой компании на новом месте! — Сыронизировал Заувер и не слушая дальнейших воплей вводимого под руки Геларта, прошествовал вперёд.
Я скупо хмыкнула. Вот же ж карма в действии. Но даже раскрытие секрета о дальнейшей судьбе предателя сейчас не радовало. Эсминец Заувера действительно был невелик по сравнению с «Буревестником» — всего семь палуб. Под жилые каюты членов экипажа отводилось две, остальные — технические и служебные помещения. Мы направились прямиком на четвертую палубу. Если мне не изменяет память, в суднах такого типа камеры изолятора располагались на шестой, поближе к техническим отсекам. Почему нас тащат на четвертую?