Он покосился на так и стоящее около двери кресло. Я же закипала. Нет, мне и раньше доводилось сталкиваться с пренебрежительным отношением. Причины разнились. Начиная от слабого пола и заканчивая моей болезнью. Из-за этого статуса «инвалида», меня фактически выставляли за порог во многих местах, где я хотела бы работать или просто учиться. Причем, это началось ещё за долго до службы во флоте. На Рейменэе принято, что дети начинают пробовать заработать свой первый гонорар ещё с тринадцати лет. Так они формируют свою независимость от родительского крыла. Я тогда ещё не использовала кресло, но аура прокаженной уже преследовала меня. И вот сейчас все повторяется вновь. Не позволю!
— То есть вы хотите сказать, что сомневаетесь в моей компетентности? Значит вы ставите под сомнение также и способность правильно оценить возможности кандидата всей комиссии Федеративного Флота, которая меня сюда распределила. И считаете, что ваш кандидат несомненно способнее, не так ли? Что ж, я именно так и доложу в Адмиралтейство. Поскольку вы так уверенны в силах своего протеже, я позабочусь о том, чтобы уже завтра был созван брифинг комиссии, и они смогли бы принять у него экзамен сразу же. Зачем же оттягивать столь важную процедуру и ставить под угрозу жизни людей? Вы ведь со следующей недели идете в отставку? Тогда нам тем более стоит поторопиться! — На волне злобного куража слова брызжили из меня подобно яду.
Мой собеседник резко спал с лица и побледнел.
— Н-ну, зачем же так рвать с плеча, уважаемая госпожа Ле Соллиар..
— Капитан. — Педантично поправила я, делая акцент на своем звании. Чувствую, что мне придется напоминать о нем постоянно.
— Да-да, конечно капитан Ле Соллиар! Мы же оба разумные люди, зачем же срывать столь занятых членов комиссии ради подобного пустячного дела? — Услышав эти слова только усмехнулась. Тут же подумалось о том, какое будет предписание этой самой комиссии, когда ее участники узнают ради чего они были созваны сверхпланово. И на какой дальний астероид они пошлют этого самого протеже. Толстяк Левик похоже это тоже прекрасно понимал, потому сразу изменил тон. — Мы же можем договориться?
— Конечно капитан Левик, мы несомненно можем договориться. — Мысленно я потерла руки. Послушаем что ты скажешь сейчас.
— К сожалению, я не могу предложить вам много отступных, но на приятную компенсацию вы вполне можете рассчитывать. — Он несколько помялся, но в конце добавил. — Вам только нужно назвать подъемную для нас сумму…
— Что я слышу? Вы мне ещё и взятку столь откровенно предлагаете? — Мне в пору было смеяться, но уж больно гадко было у меня на душе для этого. Слишком ожидаемо. — Чтоб вы понимали… капитан, у моей семьи вполне достаточно капитала, чтоб скупить не только эту базу, но и всю замшелую планетку, на которой она находится. За все время нашего разговора я насчитала как минимум пять нарушений криминального и семь нарушений административного кодексов Федерации. Мне достаточно сделать всего один звонок и вам вместо достойной пенсии будет светить только унылое прозябание в каком-то не самом приятном месте. В вашем случае — до самой смерти. Если же вы хотите этого избежать, мы делаем следующее. Сейчас вы введёте меня в курс дел станции. — Я посмотрела на линком сверяясь по времени. — И до конца дня оформите передачу всех дел на меня, как будущего руководителя и командующего поселением. Только при выполнении этих условий, думаю я смогу закрыть глаза на все произошедшее. Надеюсь, мы друг друга поняли?
— Да-да, полностью. — Толстячок свёл бровки домиком и удручённо покивал, изображая искренне раскаяние. Эх, мне бы научиться делать такую умильную мордаху. Возможно тогда бы жить стало легче.
***
Я устало упала на кровать. За этот суматошный день мой несчастный организм был настолько вымотан, что у меня не было сил даже на осмотр квартиры, которую мне выделили от государственных щедрот. Главное, что в ней есть кровать.
От мгновенного погружения в сон меня отвлекло возмущенное ворчание Дерека. Он подобно наседке выставлял на прикроватную тумбочку рядом со мной несколько тарелок с ароматно благоухающей кашей, гарниром и еще чем-то.
— Вы совсем себя не бережете! Если вам уж так себя не жаль, пожалели бы меня! Это же мне придется присматривать и устранять все неприятности, которые могут возникнуть на вашем пути. А вы в первый же день нажили себе сразу несколько врагов! Этот скользкий Левик… Почему вы вообще стали его слушать? Ещё и отпустили восвояси! Да таких как он нужно сразу в тюрьму бросать и без особых нежностей. А так эта гниль гуляет себе спокойно на свободе. Он ведь и ударить в спину может!
— Ты преувеличиваешь, Дерек. Этот тип может только по-тихому проворачивать свои делишки, но дать ответ побоится. К тому же, я его сегодня сильно пугнула. — Устало отмахнулась от его навязчивого бормотания. Из-за усталости на еду смотреть было противно.
Хаттери немного помолчал, но все же продолжил.
— Ладно, допустим. А за что вы взъелись на этого… Как его… Старшину Руша?