Напуганные и дрожащие, в белых одеждах, прибежали его ласковые и нежные дочери, которые только что ухаживали за своим отцом.
— Папа, папа! — восклицали они плачущими голосами, — что случилось?
— Я умираю! — кричал больной пронзительным голосом, — позовите врача… быстро!
— А что ты чувствуешь, папа? — спросила одна из дочерей, рыдая в конвульсиях.
— Я чувствую, что умираю, у меня кружится голова, и я не могу ни о чём думать…
Велико было движение и готовность воплощённых, которые проходили сквозь нас в невообразимом шуме, толкая друг друга, без малейшего признака осознания нашего присутствия здесь.
Александр попросил брата Франциско дать инструкции Афонсо, чтобы тот вернулся домой и потом, улыбаясь, сказал мне, видя моё удивление, вызванное тревожным состоянием дочерей:
— Обычно, когда наши воплощённые друзья кричат, плачут, чтобы получить помощь, это значит, что наша помощь уже осуществлена. Идём.
Наполовину пришедший в себя больной оставался взволнованным, в то время, как зазвонил телефон, объявляя о неизбежном посещении врача.
Пожилая дама взволнованно распрощалась с нами, оставаясь у постели больного, преданная и скромная.
И уже будучи на дороге, я попросил инструктора поближе познакомить меня с братом Франциско, сопровождавшим нас.
Александр, как обычно приветливый, уступил моим желаниям.
— Наша небольшая группа, — пояснил руководитель, после того, как мы обменялись с ним словами, полными сердечности, — одна из многочисленных команд помощи, которые сотрудничают с кругами Земли. Нас, служителей, тысячи, в условиях, связанных с различными более возвышенными духовными областями.
— Ваша группа, — спросил я, — из нашей колонии?
— Да. Наша деятельность тесно переплетается с задачами различных инструкторов «Носсо Лара»[4].
— А есть ли специализированные задачи для каждой группы подобного порядка?
— Конечно. Например, наша, — заметил любезный Франциско, — занимается утешением больных и агонизирующих. Обычно условия борьбы для увечных больше тяжелы ночью. Солнечные лучи в дневные часы уничтожают большую часть низших ментальных созданий в хрупком состоянии, ночью же этого не происходит, потому что лунный магнетизм благоприятствует созданиям разного рода, как добрым, так и плохим. Поэтому мы должны быть бдительными. В круге наших воплощённых братьев почти никто не знает масштаба наших работ по оказанию помощи. Они живут в вибрационном поле, отличном от нашего, и не могут получать или воспринимать нашу помощь. Но это неважно. Другие благодетели, намного более возвышенные, чем те, с которыми мы может иметь прямой контакт, смотрят за нами и вдохновляют нас, в области обычных обязательств, хотя мы не можем видеть формы проявления в соответствующих работах Божественных намерений.
Возможно, потому что я улыбался, восхищаясь его идеалом спокойного и священного самоотречения, мой собеседник тоже улыбнулся и добавил:
— Да, друг мой, требовать понимания и результатов от индивидуумов и ситуаций, ещё не способных нам их дать — это более жестоко, чем требовать немедленного вознаграждения.
Это была убедительная истина. Брат Франциско придерживался более возвышенной логики. Те, кто кому- либо помогает, заинтересованные в признательности или в вознаграждении, остаются слепы к божественной невидимой помощи, которую они получают Свыше. Они требуют, чтобы другие признавали их положение благодетелей, но никогда не помнят, что мудрые и нежные друзья предлагают им лучшее сотрудничество с высших планов, не требуя ни малейшего проявления личной благодарности.