— А поехал я, Валя, в те края, зашел в ресторан «Фудзияма», покушал мясо на гриле с овощами, стаканчик вина выпил хорошего, грузинского, да побеседовал с человеком одним, занятным. Догадываешься с кем?
— Конечно! С Сипой! Как я сам не сообразил? И что? — Кордыбака почесал свою макушку.
— А Сипа-то не промах оказался. Хитер, чертяка, оказывается, организовал ежедневное наблюдение за кафе тем, где официант работает, который стрелка в тот день видел, Дровосек который, а может, и Мистер Кольт.
— Так. И что?
— То ли знал Сипа, то ли чувствовал, что волчара вернется в курятник, и не ошибся. Пришел гаденыш.
— Жаль, — Кордыбака постучал костяшками пальцев по столу. — Почему не мы, Сергей Викторович?
— Мы-то как раз это и не потянули бы, где людей столько взять, а вот Сипа мог бы и сообщить сразу. Хотя нет, быстро там все произошло. Скорее всего, заметил этот Дровосек слежку, но вида не подал, завел олуха Сипиного в глухое место и грохнул. Пистолет с глушителем, в стороне от остановки, за забором, рядом автострада шумная, никто и не видел, и не слышал, сделал дело, забрал гильзу и ушел. А самое хреновое, знаешь что?
Валентин промолчал.
— Спугнули его. Больше не придет. Но есть и хороший момент: знаем, будет искать официанта, ох как будет. Как зовут его, Дима? Если Дима и торгаши наши оружейники на опознании укажут, что один человек это, а мы почти уверены, что так оно и есть, все, считай дело закрыто. И пусть по Петровке доказательств никаких: чисто там сработал, ему все равно хватит, чтобы мотать по полной. А может, и Петровку признает, для него трупом больше, трупом меньше, роли никакой. Представляешь, Валя, далеко-то как зашел человек. И человек ли он вообще. И как таких уродов земля только носит?!
— И что дальше?
— Пока не знаю. Вот вместе подумаем. Список у нас большой, как-то распределять будем. Хотя по большому счету те, что в списке нашем, дела решаемые, рутинные, в основном времени требуют, а вот с Дровосеком и Мистером Кольтом головоломка еще та, и решить ее очень хочется.
— Согласен. А с официантом что делать, ведь убьет парня?
— Это тоже решать нужно. Причем еще раньше. Получается, Сипа, можно сказать, парня спас. Поговорю с начальством, что-нибудь придумаем. На рынок он уже не сунется, другие варианты искать будет. А по большому счету этим даже воспользоваться можно, выманить волчару в заранее подготовленное место.
— Официанта как приманку?
— Можно и так сказать, но это лучше, чем сидеть и ждать, когда отыщет парня и дырку в голове сделает, а на это он мастер, — Аранский прошелся по кабинету, постоял у окна, опять сел в кресло. — Кстати, по конторке, которую грабанули на Березняках, что-нибудь свежее появилось?
— Пока все то же: левая фирма, зарегистрирована незаконно, спектр деятельности широкий, но основной и фактический — обналичка безналичных средств, конвертационный центр. Связи с нападавшими никакой. Но кто-то навел их безусловно, может, охранники, которых уже нет в живых, может, служащие фирмы. Их не нашли, и, боюсь, не найдем, липа везде. Больше ничего. Финансисты наши работают, но это так, бумажные дела.
— Это я все знаю, — Аранский поморщил лицо, повернул голову влево и вверх так, что звучно хрустнул шейный позвонок. — Соли, будь они неладны. Вот уже и курить бросил, а чтобы явно лучше себя почувствовал — не сказал бы.
— Так не молодеем же, Сергей Викторович.
Аранский на это промолчал, но по делу продолжил:
— Ну, а по поводу Дровосека Святошинского, он был на Березняках, или другой отморозок? Твое мнение?
— Не знаю. Не могу сказать уверенно. Может, и он.
