— Ты всегда включала Карен в рассылки или приглашала ее с нами.
Это было неосознанно. Мне нравилось общаться со всеми.
— Я никогда этого не замечала...
— Потому что ты видишь в каждом только хорошее. Хочешь лучшего для всех. Это прекрасно, но такие люди, как Карен, съедают твою доброту, словно летний пудинг, — отчеканила Флоренс.
Карен всегда любила находиться в центре событий. Все остальные принимали нас за зрителей, но меня это никогда особо не беспокоило — я не замечала, что мной пользовались. Может быть, Мэтт был таким же. Когда мы были вместе, я думала, что мы были звездами-партнерами, но, возможно, я просто подметала за ним в закулисье.
— Или как фруктовый салат, — заметила Беа. — Мэтт такой же... Они оба пользовались твоей добротой.
Бек ткнул в меня локтем и кивнул в сторону Флоренс и Беа, как бы говоря, что я должна прислушаться к их словам.
Дело в том, что я смутно припоминала, как Флоренс и Беа говорили мне все это раньше, но отмахивалась. Но теперь, после того, что случилось, я больше не могла игнорировать то, кем были Карен и Мэтт на самом деле. Но кто еще мог оказаться моим врагом, а не другом? Если двое из тех, с кем я была ближе всего на свете, могли предать меня, то это мог сделать кто угодно.
Когда счастливая пара оказалась на берегу реки, чтобы присоединиться к остальным, все захлопали в ладоши и заулюлюкали.
— Я надеялся, что кто-нибудь из них нырнет, — хихикнул Бек рядом со мной.
Я прикусила нижнюю губу, чтобы удержаться от смеха. Сегодняшний день укрепил меня в своем мнение о Беке. Он заставил меня признать, что происходит на самом деле.
Он осмелился сделать то, чего не делала я, говорить то, чего я не могла, заставлял меня видеть вещи такими, какими они были, а не такими, какими я хотела их видеть. Были наши поцелуи настоящими или фальшивыми, но Бек менял мой взгляд на мир и на саму себя.
Я просто надеялась, что не ошиблась в нем так же, как в Мэтте и Карен.
Стелла опустила взгляд на мою бабочку, потом подняла на подбородок и, наконец, посмотрела в мои глаза.
— Мило выглядишь.
Солнце отбрасывало золотистый, туманный свет в гостиничный номер, делая ее прекраснее обычного, освещая ее лицо, подчеркивая родинку на щеке и губы бантиком. Короткая юбка открывала ноги «от ушей».
— Мило? — переспросил я. — Я не уверен, что это комплимент.
— Может быть, он им и не был, — ответила она.
Эта девушка не давала мне спуску, но я не мог вспомнить, когда еще так веселился. Ни одна женщина не доставляла мне столько хлопот, сколько Стелла, и уж точно это не делала ни одна из моих любовниц. Я предпочитал женщин, с которыми было легко. Я не о сексе, а о том, что они отлично вписывались в мою жизнь, не требуя от меня чего-то. Благодаря этому всю свою энергию я вкладывал в бизнес.
Что меня устраивало. Возможно, будь Стелла моей настоящей девушкой, то с ней было бы также легко, но в качестве подставной подруги она была вызывающей и забавной, и не раз говорила мне, что я ее раздражаю.
— Ты выглядишь гораздо лучше, чем просто мило, — сказал я.
Она развернулась; черные и белые пайетки подчеркнули каждый изгиб ее тела.
— Похоже на стиль тридцатых? Все наверняка прошлись по костюмерным магазинам и что-то придумали.
— Отличное сексуальное платье. И вообще, почему ты хочешь быть как все эти люди?
Она улыбнулась.
— Знаешь, они не так уж и плохи. В любом случае, другого платья у меня нет, так что придется обойтись этим.
— Этого будет более чем достаточно. Я буду стараться держать свои руки при себе весь вечер.
Мы не целовались со вчерашнего дня, но сейчас, глядя на нее, я мог думать только о поцелуе.
— У меня есть боа из перьев, — продолжила она, проигнорировав меня. — Но думаю, это будет выглядеть безвкусно. А ты как думаешь?
Она накинула нечто с черными перьями на плечи. Обычно, когда женщина спрашивала мое мнение о ее наряде, я отвечал то, что она хотела услышать, лишь бы побыстрее вывести нас за дверь, но со Стеллой все иначе. Я хотел, чтобы она выглядела как можно лучше, чувствовала себя уверенной в себе. Я хотел, чтобы она чувствовала власть при общении с этими людьми. Потому что она была лучше их всех.
— Думаю, что не стоит. Платья достаточно самого по себе.
— Ты прав, — согласилась она, бросая боа на кровать. — Оно немного отвлекает. И с ним я похожа на стриптизершу.
— Если это поможет тебе войти в образ, то, возможно, я передумаю.
Она взяла свою вечернюю сумочку и ударила меня ею.
— Пошли уже. — И первой вышла из гостиничного номера.
— Стало быть, сегодня только коктейли? — спросил я, идя по коридору. — Никакой еды?
— Понятия не имею. Не могу представить, чтобы Карен об этом не подумала. Вполне возможно, нас ожидают канапе.
— Пожалуй, закажу еду в номер к нашему возвращению, — пробормотал я. — А вот и Генри! — Я кивнул в сторону группы, которая направлялась к нам с другого конца коридора. — Он редко бывает один. Это одна из причин, почему с ним так трудно переговорить.
— Сейчас идеальный вариант. Я его еще не видела. Пошли! — скомандовала она, набирая скорость, чтобы мы могли с ним пересечься.
