Как только мы ступили на кирпичную веранду, перед нами возникла Карен. Никакой возможности сбежать в противоположном направлении или избежать зрительного контакта; мы стояли лицом к лицу. Стыд поднимался от ног и просачивался в мой живот. Стыд за то, что я ничего ей не сказала и позволила обращаться с собой так, как она со мной обращалась.
— Привет, — поздоровалась она, взглянув на наши с Беком переплетенные пальцы. — Сегодня такой солнечный день!
— Да, прекрасный день, — сказала я, изо всех сил стараясь улыбнуться.
Даже если бы у меня хватило смелости что-то сказать, я не могла рисковать и подвести Бека. Все-таки Генри был крестным отцом Карен. Если я испорчу ей свадьбу, нас попросят уехать, и Бек потеряет шанс уговорить Генри продать ему дом. Но если бы я собралась что-то сказать, то рассказала бы ей, как ее первый парень появился в моем доме за неделю до их расставания и признался мне в любви. Я могла бы сказать, что ее младшая сестра Элси однажды заявила мне, что ей не нравится, как Карен разговаривает со мной. Или бы показала ей сообщение, которое получила от ее матери на следующий день после того, как пришло приглашение, где она сожалела о том, что сделала ее дочь.
Но я, конечно, промолчала.
— Ну, тогда проходите к плакучим ивам, там все устроено, — сказала она. — Увидимся позже.
— Она очень жизнерадостна, — заметил Бек, когда мы спускались по ступенькам. — Это раздражает.
Я рассмеялась.
— О да. Она всегда была такой, ничего не меняется. — Мне всегда казалось, что это ее внутренняя броня.
— Я думаю, это наследственное, — сказал он. — С деньгами жизнь всегда прекрасна.
На траве у реки разложили разноцветные клетчатые одеяла для пикника. На каждом одеяле стояла плетеная корзина и квадратная карточка с напечатанными именами. Бек счел это нормальным и не списал на особенности высших классов, потому что сидеть на пикнике — нормально, и неважно, кто ты такой.
Мы с ним бродили от одного пустого одеяла к другому в поисках своих имен.
— Люди разные. Нельзя судить о ком-то только потому, что у его семьи есть деньги. — Бек внимательно рассматривал карточки с именами и не ответил мне, игнорируя или не слыша. — Вот и мы, — сказала я, заметив свое имя двумя одеялами выше, на самом краю. Я скинула балетки и села.
— Ты больше не думала о том, чтобы встретиться с Мэттом или Карен... или даже лучше, с ними обоими? — спросил он, протягивая мне карточку и открывая корзину.
— Может, тебе и нравится наживать себе врагов, а мне — нет.
— Дело не в том, чтобы наживать себе врагов. Речь идет о том, чтобы постоять за себя.
Не было смысла снова заводить этот разговор. Не я помогала Карен выбирать свадебное платье, я не была подружкой невесты или типо того.
— Ну, если бы я с ней поругалась, меня бы не пригласили и тебя бы здесь не было. Так что считай, тебе повезло, и замолчи.
Он усмехнулся и протянул мне бокал вина.
— Окей. Замечание принято. Я просто не понимаю, вот и все.
Я заметила Флоренс и Беа на другой стороне моря одеял, у самой реки. Карен, должно быть, выделила им одеяло на четверых.
— Смотри, Флоренс машет рукой, — сказал Бек.
Я молча кивнула.
— Да. Она там с Беа и Джо, — пробормотала я, заметив остальных членов нашей банды.
— Не сомневаюсь, что твоя лучшая подруга Карен отвечала за рассадку гостей. Пошли, — скомандовал Бек, вставая. — Мы перенесем туда наше одеяло. — Он потянул за зеленую шерсть, на которой я сидела. — Вставай!
— Бек, нет. План рассадки создан не просто так.
— Все в порядке. — Он сгреб в охапку корзину. — Эта неделя достаточно трудна для тебя и без того, чтобы тебя держали далеко от друзей.
— Не факт, что она сделала это со зла, — проворчала я, не веря в то, что сказал Бек. Она, вероятно, не хотела, чтобы я мельтешила перед ее глазами как напоминание о том, что она сделала, хотя в таком случае ей не стоило приглашать меня вовсе.
— Полагаю, это зависит от твоего определения «зла». Ей срать с высокой колокольни на твои чувства. Вставай, — повторил он, — или я перекину тебя через плечо. Если ты не можешь постоять за себя, это придется сделать мне.
Я вздрогнула. Я не могла припомнить, чтобы кто-нибудь когда-нибудь приходил мне на помощь. Я не привыкла, что мужчина беспокоится о моих чувствах или следит, что я наслаждаюсь проведенным днем.
Что-то вспыхнуло во мне, придавая сил, и я поднялась на ноги.
Мэтт должен был стать тем парнем.
Он должен был стать тем человеком, который хотел для меня лучшего, который стоял бы за меня горой и делал все, чтобы скрасить мой день.
Из-за того, что мы были вместе так долго, слилось воедино то, что у меня было и что я должна была ожидать. Я совсем забыла, что чего-то стоила. Может, Бек и не был настоящим парнем, но во всех отношениях он был лучше, чем когда-либо был Мэтт.
Он был ко мне добрее. Относился более уважительно. Он болел за меня, подбадривал. Не говоря уже о том, что он красивее, смешнее и лучше целуется.
