— Твоей женщине? Звучит серьезно. Разберись с этим. Потому что если не я, то какой-нибудь другой парень опередит тебя, и ты навечно останешься с таким дерьмовым настроением.
Меня зазнобило. Тристан был прав — какой-нибудь другой парень обязательно положит на нее глаз. Стелла была гребаным призом. Тот же самый водоворот страха, который я испытывал, когда думал, что мне придется отказаться от проекта в Мейфэре, завихрился в животе, только на этот раз он был острее, настойчивее и сильнее.
— Да, но тут уже ничего не поделаешь. Она меня не хочет. Это конец.
Уголки губ Декстера поползли вверх.
— Она, скорее всего, боится. Но это не значит, что она не хочет тебя. Ты ведь понимаешь?
Декстер сам, как обычно, ничего не понял. Она не хотела меня. Может и была причина, но все сводилось к одному.
Декстер допил виски.
— Тристан, не принесешь мне еще выпить?
— Это делают официанты. К твоему сведению, я не официантка, — ответил он, не отрывая взгляда от телефона.
— Ладно, — Декстер вздохнул. — Может ты свалишь на несколько минут, чтобы я мог поговорить с Беком наедине?
Тристан поднял голову и усмехнулся.
— Так бы сразу и сказал.
Он выскользнул из кабинки и направился к Кристи.
Я откинулся назад, приготовившись получить от Декстера выволочку. За последние несколько лет он через многое прошел. Потерял родителей. Разгребал дерьмо за братом. Построил свой бизнес с нуля. Но он всегда сохранял ясную голову, чем я восхищался. Он ни на секунду не сомневался в своей судьбе.
— Не хотел лезть к тебе в душу, — начал он, — но ты не думал, что не можешь сблизиться с людьми из-за того, что случилось с твоим биологическим отцом?
Вот вам и свидетельство того, насколько хорошо Декстер знал меня. Он никогда не называл мужчину, от которого забеременела моя мама, моим папой или просто моим отцом.
— По-твоему, я не сближаюсь с людьми, потому что не знал своего биологического отца?
— От тебя отказались до момента твоего рождения, что неизбежно на тебе сказалось.
— Я не так наивен, как ты думаешь, — отмахнулся я. — Это определенно на меня повлияло. Я только что провел бог знает сколько времени, чтобы заполучить собственность Дауни.
— Мне бы не хотелось, чтобы из-за этого ты упустил кого-то, кто мог бы сделать тебя счастливым, — сказал он.
Что конкретно хотел сказать Декстер я не понял, но он привлек мое внимание.
— Твой биологический отец был засранцем, — продолжил он.
— Угу, — согласился я. — Но какое это имеет отношение к Стелле?
— Стелла бежит, потому что ей страшно. Не потому, что она коза.
— Я и не думал, что она коза.
Я думал, что она замечательная. Особенная. Такая, о которых слагали стихи и любовные сонаты.
— Иногда приходится гоняться за тем, что действительно важно.
Стелле нечего было бояться со мной. Она знала это. Декстер ошибался.
— Она меня не боится.
— А я, держу пари, что она боится, что ей причинят боль. Посмотри, через что она прошла. Дело не в том, что она отказывается от тебя, а в том, что она боится кого-то близко подпускать.
Декстер был прав. Я понимал, что Стелла будет сдержанно относиться к тому, чтобы снова начать с кем-то встречаться. Но я и не предлагал ей переезд!
— Я просто предложил выпить. Если она не заинтересована, тогда...
— Приятель, она заинтересована. Я увидел это еще в пабе.
— В пабе? Тогда мы едва знали друг друга.
— Поверь мне. Я знаю, как выглядит влюбленная женщина. И ты тоже был увлечен ею. Вы по-особенному смотрели друг на друга.
Декстер точно описал мои чувства — как будто мы со Стеллой были двумя сторонами одной медали. Но это чувство явно не было взаимным.
Я пожал плечами.
— Ты же меня знаешь. Из меня так себе парень.
— Ты сам знаешь, что я на это скажу, — предупредил он. — Из тебя был так себе парень, потому что тебе было плевать на женщин, с которыми ты проводил время.
— Итак, если твои теории верны, то Стелла — та самая женщина, и я должен за ней погоняться?
— Нет, ты должен торчать в пабе, пить литрами воду и размышлять, почему тебя бортанули.
Я схватил свой стакан, надеясь, что Декстер продолжит, но не желал просить его объяснять дальше.
— Я никогда не видел тебя в плохом настроении из-за того, что женщина отклонила твое приглашение на ужин или выпить.
Я не мог припомнить, чтобы такое вообще когда-нибудь происходило.
— Это случалось и раньше, но я уверен, что ты этого не помнишь, потому что раньше тебе было наплевать. Но со Стеллой все по-другому.
Я не хотел признавать, что он был прав, но Декстер был прав — она была другой. Стелла, казалось, понимала меня. Знала меня. Не только из-за того, что она знала, чем занималась моя мать и то, как я обожаю бифштексы. Она знала мою душу.
— Я не могу заставить ее встречаться со мной, Декстер. Она сказала «нет».
— Она сама себе не доверяет. Не доверяет тебе. Ты должен ухаживать за ней. Продолжай показывать ей, что ты отличный мужчина, и она придет к тебе.
— Я не должен убеждать кого-то встречаться со мной.
Я видел, как Стелла со многим мирилась, чтобы сделать других людей счастливыми. Она должна была действительно хотеть меня. Выбрать быть со мной. Мне не хотелось ее уговаривать.
