Самого Селфриджа часто замечали за чашечкой чая с леди Сэквилл в ее особняке на Грин-стрит. Их дружба продержалась долго, к вящему восторгу ее друзей, которые выигрывали от щедрости Гарри, посылавшего провизию для приемов в ее лондонском доме. «Мистер Селфридж прислал мне замечательную крем-соду на десерт», – пишет она в дневнике. Другая запись гласит: «Ну наконец-то я убедила Селфриджа закупать ветчину из Виргинии. Эти свиньи вскормлены на персиках, и ветчина из них бесподобна». Ветчина эта проделала непростой путь через Атлантику – часть огромных продовольственных запасов, высылаемых в пылающую Европу нейтральной Америкой.
Продолжительный нейтралитет Америки вызвал ожесточенные споры в Британии. В письмах к Гарри Прэтту Джадсону в Чикаго Селфридж яро возмущается, что «американское правительство пытается угодить пронемецкой партии – поддержать хитрых евреев, которые заправляют почти всем медным бизнесом в Америке, и помочь им наладить сбыт в Германии». Он продолжал: «Здесь придерживаются мнения – возможно, неоправданно, – что Америка думает в первую очередь своим кошельком». В газетах сообщали, что американские торговцы продают хлопок, продовольствие и медь в Германию – Селфридж презирал эту политику, вероятно, забывая, что Америка, будучи нейтральной державой, могла доставлять любой товар в любую точку мира – в том числе виргинскую ветчину в его магазин.
Прэтт Джадсон быстро парировал, что подавляющее большинство американцев были на стороне союзников, «поскольку верили, что настоящая цель Германии и Австрии – господство над Европой, а впоследствии и над всем миром». Однако, добавлял он, «американские граждане имеют полное право вести торговлю с любой из воюющих сторон, и американское правительство не будет препятствовать им в этом. Конечно, поступая так, они рискуют навлечь на себя гнев общественности». Нравилось это Селфриджу или нет, всегда были те, кто обогащается на войне. Но ему претила мысль, что его могут отнести к их числу.
Было, конечно, много добросовестных торговцев, которым требовалось сбыть товар, и среди них – американец Фрэнк Вулворт. На момент начала войны у Вулворта было более сорока филиалов в Британии. Когда немцы вторглись во Францию, Вулворт оказался заперт в Париже, и ему пришлось приложить немало усилий, чтобы найти корабль, который доставит его домой в целости и сохранности. Для Вулворта война означала серьезные проблемы с закупками. Многие его товары поставлялись из Европы, особенно рождественские украшения, игрушки, кондитерские изделия, музыкальные инструменты, часы и парфюмерия – все это производилось в Германии, Швейцарии, Австрии, России, Бельгии и Франции. У Вулворта были склады и офисы и в Германии, и во Франции – товар доставлялся на перевалочный пункт в Ливерпуле, откуда перенаправлялся в Америку. Теперь тонны товара застряли в английском порту, и Вулворт обратился лично к Первому лорду Адмиралтейства Уинстону Черчиллю за позволением использовать пустое пространство на атлантических грузовых судах. Черчилль отказал: если Америка не была готова поддержать Британскую империю в Великой войне, значит, американцы смогут обойтись без европейских изысков. Долго обходиться не пришлось. Предприимчивый мистер Вулворт просто перенес производство в Америку, где фабричных работников научили копировать импортные товары.
Американские паспорта позволили семейству Селфриджей путешествовать в любое время и куда угодно. Жена, мать и дети Гарри ездили в Чикаго. Сам Гарри регулярно наведывался в Париж, а один раз даже побывал в Германии, чем вызвал бурную реакцию прессы. Поездка была организована с целью оценить ситуацию в немецких филиалах, а заодно ознакомиться с последними индустриальными новинками. В марте 1915 года в «Голдсмит-Холле» открылась выставка немецких товаров. Вывеска гласила: «Предложение по созданию ассоциации промышленности и дизайна». Основное внимание в выставке уделялось эстетической стороне товаров, импортированных из Германии, где производители давно продвигали концепцию индустриального дизайна. Предыдущие попытки правительства сподвигнуть британских производителей копировать запрещенные к ввозу товары не увенчались успехом. Образцы, представленные на выставках Торговой палаты, оказались откровенно второсортными. Этот проект был совсем иным. Его цель заключалась в продвижении превосходного дизайна и побуждении британских производителей подойти к делу творчески. В числе первых спонсоров и инициаторов выставки были Сент-Джон Хорнби, директор сети «У. Г. Смит», Фред Берридж – директор Центральной школы искусств, шелковый магнат Фрэнк Уорнер, Герберт Уэллс, управляющий лондонским метрополитеном Фрэнк Пик и Гарри Гордон Селфридж – и все они были решительно настроены «спровоцировать осознанный спрос общественности на качественный дизайн». Движение снискало одобрение даже газеты «Таймс», которая охарактеризовала экспонаты выставки как «практичные предметы, а не произведения абстрактного искусства».
