– Как это – негодяй? Ратобор очень благородный человек! – возразила Полина Степановна. – Он ушёл и оставил нам весь клад! Представляете, какие мы теперь богатые?
– Представляем, – упавшим голосом сказала Арония.
Она чуть не плакала от обиды. Как она могла поверить Ратобору? Раскаялся он! Как же! Правильно Калина говорил – нет у Ратобора души, чернота одна.
Владислав сочувственно приобнял её. А что тут скажешь – решение-то принимала она. Хотя Владислав – как и Калина с Михалапом – не верил ни единому слову этого проходимца. Камушков он Смугляку дал! Как бы не так!
Но – если быть честным – он понимал, что Ратобор так же легко мог забрать и весь клад, но почему-то оставил Аронии её законную половину. Мол, делай с ней, что хочешь! Полу-джентльмен, так сказать. И на том спасибо.
Но делать нечего – надо было и дальше действовать по плану. Не век же стоять над ямой и полупустым сундуком памятником собственной глупости.
– Ну что, я вызываю полицию, Арония? Надо этот клад описать и под охрану сдать, – сказала Владислав.
– Да, – кивнула она. – Вызывай.
Тот, накинув куртку и отойдя в сторонку, принялся названивать. И, похоже, Мережков был в восторге от этих новостей. Даже в вещий сон Полины Степановны поверил – семейка-то аномальная. И увольнять майора Чунильского уже передумал.
– Какую полицию? Зачем? – тем временем удивлялась Полина Степановна.
– По закону этот клад принадлежит государству, бабуля, поскольку это историческая ценность, – пояснила ей Арония. – Я как-то читала об этом. Да и Владислав порядок действий знает. Не волнуйтесь, бабуля – нам потом выплатят половину стоимости клада.
– А если бы мы его не сдали? – упёрлась Полина Степановна. -
– Если б об этом узнали, то его всё равно забрали б, но компенсацию нам не выплатили, – возразила Арония.
– Жаль! А хоть что-то взять можно? – заявила Полина Степановна. – Мне так нравится это изумрудное ожерелье, – ухватила она его. – А, вот ещё кольцо и браслет к нему! – достала она несколько массивных золотых вещиц с изумрудами. – Это комплект! Как он тебе?
– Никак! – отрезала Арония. – Зачем он нам? Нам за него заплатят.
– Не надо мне денег! – рассердилась Полина Степановна. – Эти изумруды очень подойдут к моему бирюзовому платью!
– И куда вы в нём, бабуля? Выступать в Доме Ветеранов? – усмехнулась та, вспомнив слова Калины – про бабулю и клад:
«Простая душа. Што она с им делать-то будет? Танцовать в хороводах с изумрудами да яхонтами? Так ей сразу за них душонку-то и вытрясут».
– Единственное, что иожно с ними сделать – это спрятать и никому не показывать, – сказала Арония.
– Почему?
– Бабуль, но вы же не хотите, чтобы кого-то из-за них убили? Или спросил – откуда они у нас? Есть люди, которым одного взгляда достаточно, чтобы понять их ценность.
– Я скажу им, что это бабушкины, – упрямо заявила та.
– Бабушкины? Кем она была, бабуль? Колхозницей?
– Н-ну да, крестьянкой, – вздохнула та
– А изумруды ей барин подарил, – улыбнулась Арония, – чтобы хлеб удобнее было печь. Или в поле работать.
– Но, Аронеюшка, мы можем их действительно спрятать. А потом внукам по наследству передать. Или продать, когда деньги будут нужны.
– Денег нам и так дадут, бабуля – за клад. А купить такие изумруды могут только бандиты. Ведь они незаконные. А они не любят расставаться со своими деньгами. И берут изумруды за так, убивая свидетелей, – продолжала запугивать старушку Арония.
– Страсти-то какие! – ужаснулась Полина Степановна.
– Бабуль, вы не смотрите, что эти вещицы красивы, – вздохнула Арония. – Почти все старинные клады добыты разбоем. И, чем крупнее бриллиант или изумруд, тем больше на нём крови и слёз. Давайте, бабуль, положим эти безделушки обратно! Пусть государство помещает их в исторические музеи или уж куда хотят.
Арония – и вправду – ощущала некий запах тления и зеленоватое потусторонне свечение от этого сундука, наполненного сверкающими драгоценностями. И ей очень хотелось, чтобы его поскорее увезли из её дома.
Полина Степановна очень неохотно вернула изумруды в сундук. И от этого даже как-то вся съёжилась. Похоже, её уже вовсе не радовал этот клад, чудесным образом обнаруженный на её огороде.
И тут к ним во двор ввалилась целая толпа какого-то разношерстного народа. Под предводительством майора Чунильского люди окружили сундук, возле которого сразу же была поставлена охрана с автоматами. Вокруг была и полиция, и какие-то ошеломлённые люди в штатском. А также перепуганные свидетели: Людмила и Николай Цыбульские – соседи, живущие напротив – и какой-то прохожий. Затем была произведена опись содержимого сундука. И все эти цацки в руках полицейских так и сверкали, так и переливались, потрясая присутствующих блеском. Всё это время Полина Степановна стоически от них отворачивалась. Но когда достали изумрудный комплект, с печалью проводила его взглядом…
Когда всё закончилось, Людмила Цыбульская, соседка, подписав трясущейся рукой какие-то акты, подошла к Полине Степановне.
