Произнеся это, Артас перевёл взгляд на клубящийся на Тропе-меж-мирами туман, который для взгляда бога Хаоса никакой преградой не являлся. Так, легчайшая дымка, через которую было видно и ощутимо всё. Привычное место, по которому он раньше ходил почти как по давно изученным тропинкам, пусть и знал, что некоторые из них более чем опасны для, к примеру, некоторых его эмиссаров, ещё не успевших заматереть. И для успевших тоже, хотя число опасностей для сумевших выйти на более высокие ступени развития заметно снижалось. Однако сейчас взор был устремлён в конкретном направлении — на «переход», портал, спуск/подъём в один из миров, как водится, охраняемый одним из Хранителей. Хотя… слова «одним из» были не совсем правильными. Лишённые разума в привычном понимании слова как отдельные личности, Хранители были системой типа «рой», к тому же крепчайшим образом связанными друг с другом ментально. О них знали все те, кто рисковал путешествовать по Тропе-меж-мирами напрямую, минуя потайные лазейки по тем или иным причинам.
Знали, да, но зачастую заблуждались, приписывая создание этих организмов то собственно Творцу, то самому Вееру — точнее, его как бы «дремлющему эгрегороподобному „я“» — то и вовсе ему или Арагорну. Упрекать всех этих разумных за неверные гипотезы или даже посмеиваться над ними бог Хаоса даже не думал — сам знал, что случается, когда приходится делать выводы, не имея для этого всей минимально достаточной информации. А существование вызывающего у него лютую, нутряную ненависть субъекта, любящего представляться как Наблюдатель… Ну кому это было известно то? Ему, двум его вернейшим друзьям-приближённым, нескольким эмиссарам из числа наиболее дотошных, пытливых и стремящихся найти не просто силу и знания, но и прикоснуться к так называемым «проклятым граням мироздания».
— Экселенц? Смотрите на них, инструмент врага?
— Смотрю, — отозвался Артас. — Хочу как следует запомнить то, что никогда нельзя забыть, о чём всегда следует помнить.
— Вы, я, она. Мы не забудем. Забывающий слаб, а слабость — это как раз то, чего мы стараемся избегать. Эмиссары… Она посетит многих, оставшихся навещу я сам. Кажому кристалл на цепочке. Каждому, кто примет это добровольно, кто захочет «выбрать красную таблетку».
— Насмотрелся фильмов в той реальности, которую так хотят сделать «запретной»?
Вместо ответа Шут привычным образом изменил свой облик, представ в виде наголо бритого здоровяка в чёрных очках, чёрном же прикиде и с двумя таблетками, синей и красной, по одной в каждой руке.
— Выбор правильный сделать должен падаван юный. Тёмная сторона Силы разум помутить не должна!
— Другая выдуманная непоседливыми и мятущимися творцами реальность.
Произнеся это, воплощение первостихии только усмехнулось, глядя на привычные забавы своего помощника, правой руки, друга и… части самого себя, непонятным образом отделенной. Он, Шут, Фалль — всё трое, как совсем недавно удалось понять, были по сути Триадой, разделившейся в тот самый момент, когда сам Веер Миров породил олицетворение двух основных своих начал, Порядка и Хаоса. И что особенно забавляло Артаса, Триала воплотилась позже олицетворения Порядка. Хотя по всем мистическим законам должно было быть если и не наоборот, то на крайний случай в одно и то же время. Однако случилось так, как случилось, а сделать бывшее не бывшим не мог и сам Творец как этого Веера, так и других подобных структур.
— Они сделают правильный выбор, экселенц, — убеждённо вымолвил вновь принявший свой естественный облик насмешник. — Слабые погибли, робкие и нищие духом не получали от нас предложение, а предатели… Хаос не терпит гнили. Остались только те, в ком можно быть уверенными. И ещё некоторые из тех, кого пытался согнуть и сломать наш соперник. Они будут на нужных местах, в правильное время, с должным настроем.
— Знаю. А сейчас начинай прыгать по оставшимся мирам. Я останусь, ведь вы с… сестрой пока не сможете сделать то, что посильно мне.
— Пока не можем, — эхом отозвался Шут. — Но это «пока» продлится недолго. Особенно после этого и последующего этапов нашего плана. Попрыгал я. Быстро, весело, задорно, доставляем людям порно! И не только людям.
Был Шут, а вот уж и исчез с Тропы-меж-мирами, оставив Артаса наедине с туманом и тварями, в нём обитающими. Тому оставалось лишь слегка усмехнуться в ответ на плосковатую шуточку, после чего начать плести сложную даже для него конструкцию заклятья. Оно должно было связать множество нитей воедино, подготовить как Триаду, так и их довольно многочисленных — хотя это смотря по каким меркам — эмиссаров к одному из важнейших событий не только для каждого участника, но и для Веера Миров. Та встряска, которую он должен был получить, она обязана отозваться не только в его самых забытых уголках, но и выплеснуться вовне. Не россыпью капель, не ведром выплеснутой из оконного проёма воды, а полноценным таким цунами, у которого, при всей разрушительной мощи, имелась важнейшая цель.
