Для загорающих сегодня было не слишком комфортно, зато поляну оккупировали моделисты, запускавшие воздушных змеев! По одному или группками они не спеша бродили, удерживая свои невесомые творения за тонкие, как паутина, нити, исчезающие в небесной лазури. Над парком реяли самые замысловатые формы, от классических треугольников и бабочек до сложных многоэтажных и составных конструкций. Изредка какая-то из фигурок плавно опускалась к земле, а на её место тут же взмывала новая. И где-то в самой недосягаемой вышине плескалась в ветреных струях ослепительная белоснежная лента с яркими алыми крыльями. Зеваки разглядывали её, кто-то в бинокль, кто-то просто из-под руки, и завистливо комментировали:
— А каков змей-то!
— Наверное, настоящий, японский… Или китайский…
— Да, фирмА!
— Хорош паршивец! Дорогущий, наверное…
Но разглядеть, кто им управляет, было невозможно — людей на поляне было достаточно много, а лески, которые для игрушек были одновременно и прочной привязью, и возможностью летать, были слишком тонки. Митька ощутил укол ревности — они сюда пришли смотреть не на воздушных змеев, а на Мрачный Замок и Заколдованный Лес! Он взял Лину под локоток.
— А ещё здесь загорать можно. Как на пляже, — нарочито беспечно сказал мальчик.
Он увлёк её к ручью.
— Нам туда, — сказал Митька, указывая на противоположный берег.
— А речка? — с сомнением спросила девочка. Митька со знанием дела заявил:
— Официально, это — ручей. И я знаю, где перейти!
Митька устремился к знакомому броду. К счастью, доски так и лежали, никем не тронутые. Балансируя, словно акробаты, дети перебрались через мелкое течение, в котором елозили головастики и личинки комаров. Тонконогие водомерки бросились врассыпную от брызг, поднятых ребячьими сандалетами, а серо-зелёные личинки стрекоз покрепче вцепились в потревоженные стебли камыша, дремотно ожидая своего чудесного превращения из тварей водоплавающих в небесных жителей.
Запыхавшийся от подъёма по склону, Митька сказал:
— Мы только близко не пойдём, там… — он замялся.
— Там дракон? — улыбнулась Лина.
— Почти. Целая стая… — Митька поморщился, вспомнив Долговязого и его хулиганские присказки.
Тропинки давно никем не убирались и порядочно заросли травой. Из-под ног выскакивали кузнечики и травяные клопы. Видимо, залетевшая в чащу с ручья, над детьми кружилась большая стрекоза. Лина крикнула:
— Митька, смотри — стрекоза! Как ты думаешь, это та самая?
Мальчик из-под руки попытался разглядеть трескучее насекомое. Стрекоза промчалась ещё один круг и улетела обратно к воде.
— Безусловно, — авторитетно заявил мальчик. — Теперь она тебя знает, вот и прилетела поздороваться.
Лина с сомнением покачала бантами, на всякий случай помахав над головой рукой, чтобы стрекоза не вздумала сесть на неё, как в прошлый раз.
— Интересно, а те, которые у рыцаря печенье ели, такие же наглые?
Митька тут же подхватил:
— Ага! Здоровенные такие. Откормленные.
Тень от облака ненадолго скрыла солнце, и сразу как-то ощутимо похолодало. Митька успел вскинуть голову, но облачко уже откатилось в сторону, вновь открыв дорогу свету и теплу.
— Надо поторопиться. Там впереди дорога, с неё хорошо видно башню. А потом через второй выход вернёмся, там автобусы ходят прямо до дома…
— Ага! — девочка радовалась неожиданному приключению.
Заросшая дорога шла откуда-то издалека, наверное, от самой городской окраины, к которой примыкал парк. Митька жестом велел остановиться и негромко сказал:
— Вот она, заброшенная башня…
Потрескавшиеся стены с пустыми оконными проёмами, покрытыми копотью пожаров и кострищ, холодными серыми скалами возвышались над кронами деревьев, навевая глухую тоску на путешественников.
— Ах, настоящий замок дракона!.. — прошептала Лина, спрятав нос в розу, её голос дрогнул. — Митя, а что там сейчас?
— Не знаю… — пробормотал Митька. — Говорят, там шпана собирается. «Короли» района.
Лина, наверное, слышала эти школьные рассказки и брезгливо поморщилась. Митька чувствовал себя неуютно и поскорее предложил:
— Давай лучше до городка дойдём. Там здорово…
Девочка охотно согласилась.
Под ногами хрустели мелкие ветки. Холодный ветер кружил листву и гнал по воздуху нити паутины. До спортивного городка оставалось рукой подать, как ребят окликнул неприятный гнусавый голос:
— Эй, мелюзга, есть чо?
Митька обернулся и вздрогнул — за ними брела стая хулиганов во главе с Долговязым. Тот тоже узнал мальчика. Язык у Долговязого почему-то заплетался, и «грозной» интонации никак не получалось:
— Шкет, это опять ты? Вот и свиделись…
Лина испуганно прошептала:
— Митя, кто это?
Митька подобрался, сердце вдруг заколотилось, а ноги закололо тысячами иголок, подмывая пуститься наутёк. Он чуть сжал ладошку Лины:
— Это… Это плохо. Будем бежать.
Долговязый шёл нетвёрдой походкой, да и остальные как-то не очень уверенно держались на ногах.
— Ну всё, шкет. Сейчас поквитаемся… — Долговязый потёр грязные ладони.
— Отстаньте! — Митька тянул девочку за собой в сторону выхода. — Мы же вам ничего не сделали!
