Лоллио
Конечно, сударь. Старые деревья бывают куда выше и ветвистее, чем молодые.
Алибиус
Лоллио
Не надо его снимать. Чуть только снял и отложил — хоть на минуту, сейчас же кто-нибудь его и наденет.
Алибиус
Лоллио
Смею поклясться, сударь, что вам это никак нельзя.
Алибиус
Лоллио
Это понятно, что вы должны быть настороже, это каждому знакомо.
Алибиус
Лоллио
Сделаю все, что в моих силах, сударь. Только вот не знаю: к кому, собственно, вы собираетесь ее ревновать?
Алибиус
Лоллио
Сударь, у нас тут только два сорта людей, и все под плеткой — дураки и сумасшедшие: у тех не хватает ума, чтоб плутовать, а у этих не хватает плутовства, чтобы дурачиться.
Алибиус
Лоллио
Я знаю, как от них избавиться, сударь. Если они пришли поглядеть на дураков и сумасшедших, то мы с вами удовлетворим их желание, пожалуйста. А ваша жена пускай сидит у себя, — она ведь ни того, ни другого сорта.
Алибиус
Лоллио
Я думаю, что она и не сумасшедшая.
Алибиус
Лоллио
Алибиус
Лоллио
Да, сударь. На каждую часть тела есть свой час. В шесть часов мы просыпаемся и продираем глаза — это час глаза; в семь часов молимся — это час коленок; в восемь выходим на прогулку — это час ноги; в девять — останавливаемся, чтобы понюхать розу и оросить цветочки, это час носа; в десять — пьем, это час рта; в одиннадцать — орудуем вовсю ради пропитания, это час руки; а в двенадцать — садимся обедать, это час брюха.
Алибиус
Педро
Алибиус
Педро
И если вашими стараниями удастся хоть как-то укрепить то, что в нем малость разболталось, то вот, сударь, образцы тех монет, которые последуют за этими
Алибиус
Лоллио
Мне кажется, что служителю больницы тоже может кое-что причитаться, сударь. Все ведь через мои руки делается.
Педро
