Пошли уже третьи сутки, как Алан приехал в Цюрих. Клиника поражала размерами и толпами посетителей. Казалось, сюда стекались бродяги, алкоголики и отчаявшиеся люди со всего мира, а некоторые дома престарелых и вовсе обосновались здесь в полном составе. Но особенно много среди клиентов было людей из стран с больной экономикой. Все хотели помочь близким и оставить после себя память в виде серьёзного состояния, ведь для них сто тысяч — это богатство, достойное лишь королей.
Узнать об Институте что–то связанное с расследованием не удавалось. Как и предупреждал Билл, коридоры кишели охраной, а двери и лифты были оборудованы серьёзными электронными системами. Трекер пытался подтолкнуть кого–нибудь из персонала к откровенному разговору или подслушать что–то важное, но без толку. Ко всему прочему, на время обследования пациентов лишали связи с внешним миром — в здании клиники блокировались сигналы сотовых и беспроводного интернета.
В первый же день Алана повели на знаменитый тест, которого так ждали и боялись все пациенты. Именно его результат мог гарантировать финансовое вознаграждение. Ничего страшного Трекер в нём не увидел, обыкновенный тест на профориентацию, как в школе, только немного заковыристей.
А вот в следующие дни пришлось побегать по кабинетам. Обследовали всё, но особенный упор делали на голову. Её замеряли, сканировали, присоединяли какие–то датчики. Эскулапы её разве что не откручивали и не играли черепом в футбол.
На третий день мытарства наконец–то закончились. Трекер сидел в кабинете и выслушивал результаты от восторженного моложавого врача. Энди Циммлер, так, кажется, звучало его имя, если он правильно запомнил надпись на двери. Алан прекрасно понимал, после этой встречи нужно будет либо подписывать договор на эвтаназию, либо уезжать домой, вернув клинике деньги за билеты. Это последний шанс что–то выведать.
— Поздравляю, мистер Трекер! У вас замечательные результаты! — с пафосом произнёс врач.
Трекер нервно облизнул пересохшие губы и подался вперед, пытаясь прочитать, что написано в лежащем перед врачом листке бумаги.
— Спасибо, мистер Циммлер. Думаете, с ними умирать будет не так больно? — пошутил Алан, пытаясь спровоцировать собеседника на большую откровенность.
— Зря иронизируете, — обиженно ответил медик. — Знаете, что я вам скажу? Если бы в детстве обратили внимание на ваши таланты, то из вас вышел бы отличный математик или инженер. Может быть, не гениальный, но ваши достижения были бы гарантированно выше средних.
— Интересно. Считаете, стоит прямо сейчас бежать в университет? Похоже, мир страдает без такого выдающегося учёного.
— Опять вы за своё. Раскрою маленькую тайну. С вами решил пообщаться сам доктор Фриз! На моей памяти это лишь третий случай. Вам стра–ашно повезло!
На лице Трекера появилась еле заметная улыбка. А вот это уже совсем другое дело! Глядишь, в разговоре с ним действительно получится узнать что–то важное.
— Польщён. Но чем это мне поможет?
— Я пока не имею права об этом говорить, но вас ждёт блестящее будущее.
— Гроб с отполированными стенками?
— Гм… — выдавил врач.
Внезапный звонок помог ему выкрутиться из неудобной ситуации. Он что–то буркнул в трубку, положил её и сказал:
— Простите, мистер Трекер, мне нужно срочно помочь коллеге на операции. Подождите, пожалуйста, тут. Минут через двадцать вас пригласят.
Циммлер произнёс ещё несколько подбадривающих фраз и быстро вышел за дверь.
В ожидании Трекер развалился на стуле. Мысль о предстоящей встрече с Фризом не давала покоя. Он встал, прошёлся по кабинету, обшарил его взглядом. И тут на столе он увидел магнитный ключ. Неужели Циммлер в спешке забыл свою метку? Именно такие Алан видел несколько раз у здешнего персонала. Вот удача! Теперь можно будет пощупать, что у них за фасадом прячется. Главное, на охранников не нарваться.
Трекер двинулся было к выходу, но послышавшиеся за дверью суетливые шаги заставили его метнуться к стулу. Он сел и, скрестив на груди руки, прикрыл глаза. Дверь распахнулась, и в кабинете появился Циммлер с раскрасневшимся лицом. Алан встрепенулся, делая вид, что вошедший вывел его из дремоты. Не обращая внимания на пациента, Циммлер пронёсся к письменному столу. Порылся на столешнице, перекладывая бумаги, щёлкнул выдвижными ящиками, а затем принялся хлопать себя по карманам.
— Уже вернулись? Быстро же у вас тут всё происходит, — изобразил недоумение Трекер.
Врач пристально посмотрел на него, открыл было рот, но махнул рукой и спешно вышел. Алан кинул вслед незадачливому медику насмешливый взгляд. А может, стоит пойти за ним?
Трекер высунулся из кабинета и огляделся. Циммлер стоял у запертой металлической двери в конце коридора и что–то эмоционально объяснял интеркому. Через несколько секунд послышался щелчок электронного замка, и врач вошёл в дверной проём.
