Она помогла ему подняться и проводила в ванную комнату. Включив холодную воду, попросила наклониться к умывальнику. Отец послушно засунул голову под ледяную струю.
— Ну как? Лучше?
— Бр–р–р…
Трекер тряхнул головой и, распрямившись, кивнул. Затем энергично растёр лицо ладонями и сделал пару приседаний. От этого его взгляд стал немного осмысленней.
— Прости меня, идиота… — произнёс Алан уже более членораздельно, когда они вернулись в комнату.
Джессика вздохнула и села рядом.
— Ладно, рассказывай, — примирительно сказала она.
— Понимаешь, я специально всё придумал, чтобы мы стали ближе. Как раньше, когда ты была ещё совсем малюткой.
— Что придумал? — Джессика удивлённо вскинула брови.
— Всё, всю эту историю. Помнишь разговор со своим редактором? Это я ему написал, идею подкинул. Специально знаменитостей приплёл, чтобы он именно тебе поручил это дело.
— Зачем?
— И письма от Рона придумал. А эта его рукопись из тайника… я просто распечатал первую попавшуюся научную работу из интернета.
Дочь недоверчиво посмотрела на него.
— Но ты же не мог сам нарисовать схему в квартире Картера? А Холландер?
— Хех. Схема… Доктор Фриз разрабатывает лечение от той наркоты, а люди из списка — потенциальные спонсоры исследований, — усмехнулся Трекер.
— Откуда ты знаешь?
— Когда этот план готовил, вычитал в каком–то его интервью. Неважно. Главное — ты поверила. А этот твой писатель… Ты слышала, что Ньютона обвиняют в том, что он украл свои работы у других ученых, пользуясь властью Великого Магистра масонской Ложи? Что, по мнению некоторых, Шекспир не писал своих пьес?
— Прямо все теории заговоров собрал. Никогда не замечала за тобой тяги к таким темам.
— Потому и не замечала, что это правда. Знаешь же, когда появляется книга–бестселлер или кассовый фильм, авторы получают сотни обвинений в плагиате. Многие хотят примазаться к славе, особенно если пахнет большими деньгами. Вот и жена Холландера так решила. Кроме неё, ещё десяток писателей предъявляют права на авторство этой книги. Я потому все стрелки и перевёл на Фриза, чтобы получилось правдоподобней. Ведь вокруг таких великих людей постоянно слухи возникают.
Джессика подняла взгляд на отца. А ведь такое возможно. Если б не слова Билла при той встрече с миссис Холландер, она, может, и сама бы не поверила вдове. Очень уж смутило тогда Джессику предположение об авторстве новой книги. Допустим, в этом отец прав. А остальное?
— Ну а с клиникой что? — спросила она.
— Я туда письмо написал. Давно, когда ещё только узнал о своей болезни.
— Что ещё за болезнь?
— Какая разница? Какая бы ни была, всё равно вылечить не получится. — Он махнул рукой, увидев, что с губ Джессики вот–вот сорвется вопрос. — Зато есть и плюсы: скоро я увижусь с твоей матерью…
Глаза дочери округлились.
— Как не получится? — спросила она, игнорируя попытку отмахнуться. — Сходи в другую больницу, вдруг в этой ошиблись.
— Бесполезно. Это уже пятая клиника… А под конец, говорят, такие боли будут… Вот я и решил… Прости, глупая получилась затея… Но кое–что я тебе оставлю в память о себе.
— Ты о чём?!
— Потом узнаешь, — улыбнулся Трекер. — Пусть это будет моим наследством.
А ведь это не пьяный бред. С такими вещами не шутят. Внутри у Джессики всё будто сжалось. Что же она натворила?! Почему, почему она так мало бывала с папой? Он даже признаться побоялся. Губы задрожали, глаза налились слезами и, рыдая, она уткнулась лицом отцу в колени.
Послышался стук в дверь, и в комнате появился улыбающийся Билл.
— Готово, — произнёс он и поднял руку с ключами от номеров.
Увидев плачущую Джессику и раскрасневшееся лицо Трекера, он оторопел. Улыбка стёрлась, и он удивлённо спросил:
— Что–то случилось?
Алан поднял голову и посмотрел на Билла.
— Хороший ты парень. Прошу, присмотри за ней.
Он сказал это так проникновенно, что Биллу показалось, будто Трекер прощается. Прощается навсегда.
Алан сидел почти неподвижно и гладил голову Джессики. Дочка его обязательно поймёт. И простит. Но сейчас ради её же блага нельзя раскрываться. Всё, что осталось — незаметно забрать ту синенькую папку, что выглядывает краешком из сумки Джессики. Забрать — и вывести дочь из–под удара. Врать, изворачиваться, играть по правилам Фриза.
Было ужасно стыдно. Даже наследство в сто тысяч гробовых ни на каплю не помогало ему почувствовать себя легче. Ведь он заставлял единственного дорогого человека поверить в ложь. Нет, не так. В ЛОЖЬ. И стыд жёг щёки лихорадочным румянцем, лишь подтверждая версию болезни.
Трекер закрыл глаза, уже в который раз прокручивая в голове роковую встречу с доктором…
Алан много раз видел Фриза по телевизору и в интернете, но только сейчас доктор предстал перед ним воочию. Маленький, тщедушный человечек с крючковатым носом сверлил его взглядом, словно хотел пробурить дыру в черепе. Фриз сидел в высоком кресле–троне за массивным письменным столом, теряясь в просторах огромного кабинета. Трекеру он показался похожим на ужасного паука, затаившегося в уголочке своей паутины и дёргающего за смертоносные невидимые нити.
Алан нахмурился. Так вот каков дьявол, убивший Венди!
