«Она тебя обидела?!»
«Нет. С чего бы? Кир, мне пора. Позвоню после уроков».
Ага, я поверил. Как же! Как-то подозрительно быстро Мия свернула разговор. Ла-а-адно…
Спускаюсь в столовую — и навстречу мне поднимается Грета. Так вот кто гость!
— Привет, систер! — улыбаюсь я.
Хоть одна хорошая новость! С Гретой мы дружим с детства, и как бы наши родители не мечтали нас поженить, мы оба категорически против. Поэтому я не опасаюсь подвоха. В компании Греты — или Герды, как мы иногда шутим, — можно расслабиться. Кай и Герда — друзья, разве нет? Нигде не написано, что они поженились и жили долго и счастливо!
— Ты похудел, — говорит Грета, заглядывая мне в глаза. — И совсем бледный.
— Зато ты прекрасно выглядишь, — отшучиваюсь я. — Прогуливаешь школу?
Грета — рыжая бестия с роскошной фигурой, зеленоглазая и опасная. У нее идеальная белая кожа, без единой веснушки, грудь на «троечку», причем это не оценка, а размер, и осиная талия. Есть на что запасть, и практически все пацаны из нашего класса пускают на Грету слюни. Впрочем, она неприступна, как истинная принцесса, и только я знаю, что она заглядывается на мужчин постарше.
— У нас каникулы, — напоминает Грета. — А у тебя разве нет?
— На следующей неделе, — вспоминаю я. — Точно.
— Потом поговорите, — вмешивается мама. — Садитесь за стол.
Стол сервирован так, как любит мама — по полной программе. Она сама разливает первое из пузатой супницы, а после приносит из кухни жульен.
— Мам, ты и готовила сама? — спрашиваю я небрежно, холодея от мысли, что она уже выгнала Татьяну Петровну.
— Нет, конечно. Но заставлять мать твоей невесты прислуживать за столом — это моветон. Не находишь? — спокойно произносит мама.
А вот теперь точно страшно. У мамы есть план, как избавиться от Мии. И она уверена в том, что он сработает.
Все так быстро меняется, что я уже не знаю, как реагировать на происходящее. Внутри — звенящая пустота. И хочется проснуться, потому что все это — дурной сон.
Увы, реальность безжалостна.
Спасая Кая, я не думала о том, что будет дальше. Вернее, даже предположить не могла, что его обида окажется сильнее здравого смысла. Разве я могла поступить иначе? Разве он не поступил бы так же, поменяйся мы местами?
Пытаюсь убедить себя, что Кай просто устал, измучен болезнью и чувствует себя паршиво. А я ведь не поверила его отцу! Александр Сергеевич сказал, что Кирилл не хочет меня видеть. Но я дождалась, когда все уснут и отправилась к нему в комнату. И сразу поняла, что мне не соврали.
Все? Любовь умерла? Нет никаких истинных пар, все это чушь, выдумки. Так, может, все к лучшему…
— Ты здесь? — удивляется мама, включая свет на кухне. — Опять плачешь?
— Нет, — отвечаю я, вытирая ладонями сухие щеки и щурясь от света. — Не спится. Уже пора вставать?
— Еще нет. — Мама наливает в стакан воду из-под крана. — Думала, ты у Кирилла.
— Слышала, как я уходила?
— Мне тоже не спится.
Мама садится напротив меня, берет меня за руки.
— Мия, что бы ты ни думала, в обиду тебя я не дам. Это касается всего, поняла? Хочешь уехать — давай уедем. Я откладывала деньги на твою учебу, но можем потратить их иначе. Хочешь учиться и работать с Леонидом Сергеевичем — учись и работай, я не возражаю. Хочешь замуж за Кирилла… — Она тяжело вздыхает. — Иди замуж. Только…
— Меня не возьмут, — тихонько договариваю я. — Мам, я все понимаю, правда. Хочешь, честно скажу?
Она кивает, поглаживая кисти моих рук ладонью.
— Знаю я, что не пара ему. Знаю… Но это чувство… Оно сильнее меня. И я… Я подумала, что ничего плохого не случится, если я позволю себе испытать его. Знаю, что Кирилл на мне не женится. Знаю, что он уедет обратно, к семье и друзьям. Но хоть немножко… — Я заглядываю маме в глаза, в надежде увидеть понимание. — Чуть-чуть, ненадолго… Я могу быть счастлива… от глупой любви?
Я впервые так откровенничаю с мамой. И мама впервые не злится, не кричит, не упрекает. В ее взгляде я вижу сочувствие.
Что произошло в кабинете, когда меня выставили вон — загадка. Леонид Сергеевич и мама разговаривали довольно долго. Или так только казалось…
Александр Сергеевич велел мне ждать в гостиной и ушел провожать капитана Соловьева. Я, оглушенная, и не думала о том, что не должна подчиняться чьим-то приказам.
— Рад, что ты призналась сама, — сказал Александр Сергеевич, вернувшись. — Но не обольщайся. Я вытряс бы из тебя правду, в любом случае. Ты определилась с суммой?
Я не сразу сообразила, о какой сумме он говорит. Благодарности я не ждала, но не понимала, как можно вот так… ненавидеть. Я же ничего плохого не сделала. И уж точно не мечтаю о замужестве с его сыном!
— Деньги, — напомнил Александр Сергеевич. — Сколько денег ты хочешь?
— Я должна ответить сейчас?
— А когда? Не можешь определиться? Давай поступим проще. Найдите дом или квартиру, я помогу совершить сделку, оплачу жилье, ремонт и необходимую мебель. Скажи, в каком институте планируешь учиться. Плюс бонус… на мелкие расходы.
Это слишком жестоко!
— У меня скоро день рождения. Я отвечу, когда мне исполнится восемнадцать.
