Я смотрю на Зака в ожидании, когда он сделает укус и даже не придаю значения его секундной заминке. Ничего мне не говоря, он еще раз обильно поливает блинчики сиропом и запивает их большими глотками кофе. Мне кажется, в этот момент я снова напоминаю щенка, которой стоит в радостном ожидании хозяина и быстро-быстро перебирает лапками по полу, оставаясь на прежнем месте.
– Ну как?
– Эм-м, вкусно. Апельсины и сливки – это необычно.
– Что-то не так?
– Кислота от цитрусовых обычно сворачивает молоко, но со сливками такое редко, но все же бывает. Обычно я обхожу стороной такое сочетания, но тебе удалось этого избежать.
Не дернув ни одним мускулом, Зак продолжает завтрак, и я, глядя на него, принимаюсь за свою порцию.
Фу, ну и гадость. Пересолено и слишком много соды. Мой нос непроизвольно морщится, поэтому я тяну руку к тарелке Зака, чтоб забрать ее, но он не дает мне этого сделать и продолжает есть.
– Прости, это было отвратительно, – я знаю, что он не будет ругать меня за испорченные продукты, но все же отстойный завтрак не самый лучший способ начать день.
– А, по-моему, вполне съедобно.
– Отдай тарелку. Пожалуйста.
– Неа.
– Давай я принесу что-нибудь другое? Я успею собрать нам по сендвичу, чтоб поесть по дороге. Или давай заедем возьмем навынос, – мне приходится почти умолять парня, чтоб он прекратил давиться этим продуктовым чудовищем, но он держит свою тарелку и даже не собирается мне ее отдавать.
– Неа.
– Зак!
– Энн!
– Пожалуйста, прекрати. Они пересолены, и я переборщила с содой.
– Если ты хочешь, мы можем что-то взять тебе по дороге. А я буду есть это. Ты же старалась.
– Угу… Хреново старалась, если вышло вот так. В любом случае ты не обязан есть это.
– Старалась, как умела. Ты же не специально. И ты не обязана быть идеальной во всем. Тем более, все не так уж и критично. Сами по себе блинчики да, немного пересолены, но если их полить дополнительной порцией сиропа, то все вполне съедобно. Ты будешь свою порцию? Если нет, то отдай мне.
Не желая продолжать спор с Заком, я отодвигаю свою тарелку в его сторону и допиваю остывающий кофе. Ну, хоть он вышел не так уж и плохо, потому что за последние месяцы я могу назвать себя амбассадором по его варке.
В какой-то степени, наверное, Зак прав, что я не обязана быть идеальной. Но дело в том, что я никогда и не стремилась быть такой. Я лишь не хочу доставлять какие-то неудобства из-за своих неудач другим людям. Если я буду что-то портить, то люди вокруг могут расстроиться или и вовсе наругаться на меня. Мой принцип – лучше ничего не трогать, чтоб ничего и не испортить. Хотя с течением времени я начинаю понимать, что он не самый верный, и иногда наши ошибки не делают нас хуже.
***
Зима уже вовсю сменила осень и покрыла снегом землю. Отказавшись от сегодняшней выходной встречи с Заком, потому что последние дни мы и так провели вместе, я поднимаюсь на свой этаж и открываю входную дверь. Дома чисто, хотя я прикладываю к этому минимум усилий и делаю только то, о чем просит Лика. Живя с ней, я не позволяю себе доводить квартиру до состояния, в котором она иногда бывала летом, но, если быть честной, мне уже и не хочется так делать. Я уже привыкла сразу все убирать после себя на общих поверхностях, устраивать стирку вместе с соседкой и разбирать сухие вещи. Несмотря на то что Лика почти никогда не заходит ко мне в комнату без предупреждения или делает это в случае с открытой дверью, я все же продолжаю следить за порядком и в своей спальне. Мне нравится, как мне больше не нужно прикладывать многочасовых усилий после многодневного создания бардака. Достаточно просто убрать вещи на место или протереть стол, если я его чем-то запачкала, например, после еды.
Кстати, о готовке. Я никогда не замечала, чтоб Лика была против того, что этим занимается исключительно она. Кажется, она даже никогда и не просила меня сделать нам завтрак или приготовить ужин. Максимум это были просьбы о помощи в подготовке ингредиентов, где я не могу ничего испортить. Возможно, она даже и не знает, что я не люблю и не умею готовить, а, может, и догадывается спустя столько времени. Мы никогда не разговаривали с ней на эту тему, хотя, наверное, мне очень хотелось бы с ней поделиться, но мне слишком сложно поднимать это вслух, делая себя уязвимой.
Прогоняя в голове воспоминания прошлого, я снова становлюсь той девочкой, тем ребенком, тем подростком, который не имел права голоса и права на ошибку. Надеюсь, однажды, я наберусь сил и с кем-то поделюсь, потому что мне, правда, это необходимо.
***
Выходные проходят так же, как это было раньше. Лика готовит нам ужин, почти не отрываясь от своих тетрадей. Не знаю, как ей это удается, но пока она чистит овощи, то не отрывается от экрана телефона, поставленного на подставку, и читает какую-то статью. Пока еда стоит в духовке, Лика не тратит время попросту и, вместо просмотра новостной ленты, делает какие—то записи и графики. Мне кажется, моего внимания хватает на какое-то одно дело, поэтому, чтоб не рассеивать свои силы, убираю все раздражители, когда сама принимаюсь за учебу.
