Сердце забилось часто-часто, во рту пересохло. Где я? Я настолько уверилась, что нахожусь в своем времени и своей квартире, что сейчас испытала гораздо больший шок, чем оказавшись впервые в чужом времени и чужом теле. Почему я так подумала? Что значит, впервые?
Меня сковал жуткий страх. Неужели это был не сон, и все началось сначала? Несколько минут, мои мысли лихорадочно метались в голове, то вызывая панику, то уговаривая посмотреть на ситуацию с другой стороны и радоваться, что у меня снова есть тело. Последний аргумент, мне понравился больше всего, за него-то я и постаралась зацепиться. Приказав себе дышать глубже, я немного успокоилась. Теперь мне предстояло обернуться и узнать, где же я все же нахожусь. Наконец, я решилась! Итак, на счет три… Три! Шепотом выпалила я и резко развернулась.
Не могу сказать, что обладаю фотографической памятью, но эту комнату я точно видела в первый раз! Я быстро окинула ее взглядом, и пока могла только одно сказать, что раньше это была очень нарядная и дорого обставленная спальня. Более того, на ее стенах я увидела обои! Подойдя ближе, протянула руку и потрогала их. Ткань! Точно ткань, не бумага!
Насколько я могла представить, оклеить стены комнаты ткаными обоями, должно быть очень дорого! Я еще раз провела рукой по их приятно шероховатой структуре. Три оттенка, светло бежевый, темно бежевый и светло серый, образовывали рисунок-клетку. Когда-то, их цвет был очень приятным, об этом я могла судить по участкам ткани, находившейся в тени, — за трюмо и сбоку от окна. Там, куда не попадал солнечный свет. А так, обои выглядели довольно блекло, впрочем, как и видавшая виды мебель, а уж о потолке, на который я «любовалась» при пробуждении, и говорить нечего! Сразу было понятно, что крыша протекает и протекает давно. И, все же, где я?
Я присела на край удобной тахты, или, как здесь называется этот небольшой уютный диванчик с резной спинкой и довольно высокой подушкой на месте одного подлокотника. Его, бледно-розовая обивка с вышивкой золотыми нитями, тоже сильно выцвела. Продолжая непроизвольно окидывать комнату взглядом, я отметила наличие на трюмо, большого количества косметики в узнаваемых баночках. Неужели я оказалась в особняке графини Овердрайв? А если, в ее теле?
От последней мысли, меня словно жаром обдало, едва я вспомнила пережженные краской патлы и ноздреватую кожу лица от обильного использования косметики. Нет, мне совсем бы не хотелось, стать этой перезрелой озабоченной красоткой с подмоченной репутацией.
И мне срочно нужно зеркало! Я больше не выдержу неопределенности!
Взгляд лихорадочно заметался по комнате в поисках большого, в рост, зеркала. И вот оно! В нише, между двух шкафов, скромно притулилось узкое, но длинное отражающее стекло. Правда, его качество оказалось хуже, чем в замке у графа Саяна или в домике Вильяма. Его мутноватая, покрытая темными точками поверхность, довольно затруднила бы нанесение макияжа, но увидеть, как сидит одежда, вполне можно.
Тут я поймала себя на мысли, что уже стою напротив зеркала, но упорно смотрю вниз, на ноги, отражающейся в нем женской фигуры, боясь поднять глаза на лицо. Я глубоко вздохнула и сосредоточилась на том, что видела. А видела я стройные щиколотки, от середины которых, начитался подол белоснежной ночной рубашки. Я медленно приподняла ее до колен и увидела, красивой формы и очень стройные ножки. Выше, были крутые бедра и тонкая талия. Я с облегчением выдохнула. Оказывается, я вовсе не графиня Овердрайв! А судя по фигуре, явно молодая девушка! Мой взгляд с одобрением прошелся по высокой груди, размера третьего, и остановился на длинной стройной шее, раньше такую, называли лебединой.
Меня, конечно же, очень волновал вопрос моего лица. Но потом, пришло осознание того, что это будет лицо той девушки, которой я должна буду помочь, точно так же, как помогла Ядвиге и Гарнии. Поэтому, какая собственно разница, как я буду временно выглядеть!? В крайнем случае, у меня есть в наличии все необходимые средства, для решения этой небольшой проблемы! Я бросила взгляд на ряды баночек на трюмо и, усмехнувшись, снова перевела взгляд на зеркало и, застыла.
Забывшись, я все же посмотрела на свое лицо, и мне стало плохо. Комната закружилась перед глазами, и опустилась темнота.
Не знаю, как долго я пробыла в беспамятстве, но когда пришла в себя, то сразу вспомнила, что очнулась опять в новом теле и в каком именно, тоже вспомнила. Глаза я не открывала, просто лежала на полу, находясь в состоянии прострации. Случилось самое худшее, из того, что только могло произойти, и я не знала, как мне быть дальше.
— Смотри-смотри, – никак дышит? – услышала я справа от себя настороженный шепот и замерла, боясь выдать то, что уже пришла в сознание.
— Конечно, дышит! Да что ей сделается, змеюке!? – ответил первому голосу, второй, слева от меня.
Оба голоса, как мне показалось, принадлежали пожилым женщинам и обе явно не питали теплых чувств к хозяйке этого тела.