Мысленно я содрогнулся, только сейчас разглядев чересчур бедную обстановку комнаты. Обитые выцветшей бежевой тканью стены, имели сероватый от пыли, вид. Из обстановки, имелось лишь старое кресло рядом с маленьким столиком на тонких качающихся ножках, такая же старая рассохшаяся кровать, да узкий покосившийся шкаф. А, для тепла или хоть какого-то уюта, в комнате не было ни камина, ни даже половика у кровати. А ведь еще только конец лета! Как же здесь должно быть холодно зимой! Я бросил взгляд на рассохшуюся деревянную оконную раму с облупившейся голубой краской и представил, как в нее, сквозь многочисленные щели, дует холодный ветер. Да, нужно срочно приводить дом в порядок! А женушка, пусть еще здесь немного поживет, надеюсь, сумеет сделать хоть какие-то выводы.
Я перевел взгляд на Аврору. Она все также сидела в кресле и, прищурившись, внимательно смотрела на меня. И молчала, что уже было удивительно! Обычно она за словом в карман не лезла. Тем более что у нее явно имелось, что мне сказать. Ну, да ладно. Цель визита у меня была другая, чем пытаться выяснить причину ее странного поведения.
— Аврора, — нарушил я затянувшееся молчание. – Я завтра с утра еду по делам в город, но перед этим, планирую заехать к твоему отцу. Если хочешь, можешь поехать со мной! Погостишь у него несколько дней, а потом, я тебя заберу на обратной дороге. Как тебе такое предложение?
После моих слов, лицо девушки исказилось от злости, и она в ярости прошипела:
— Погостить у отца? Кого ты называешь моим отцом? Того предателя, который, как только от меня избавился, признал своими дочерьми, двух простолюдинок? Ты его называешь моим отцом!?
Аврора скинула с себя плед и встала с кресла. Я же, еле удержал на своем лице невозмутимое выражение! Или не удержал. Так как в глазах жены, промелькнула торжествующая искорка.
Девушка была одета, в практически прозрачную сорочку телесного цвета. Сквозь тончайшее кружево, просвечивала ее высокая грудь с темными холмиками сосков. Тонкий стан красавицы, плавно переходил в крутые бедра, внизу которых, виднелся темный треугольник. Мгновенно охватив взглядом этот волнующий кровь, вид, я поднял глаза на лицо Авроры. Ее глаза горели зеленым огнем, но в них не было, ни смущения, ни вожделения, лишь злое торжество и вызов. Я, молча, развернулся и вышел из комнаты. Собственно ответ я уже получил.
Наутро, я приторочил к седлу тюк со сменными вещами и с первыми петухами двинулся в путь. По холодку и с ветерком, я быстро домчал до замка моего любимого тестя. Позавтракав, мы перешли к делам. На счастье, мне не пришлось долго мяться и подбирать слова, чтобы напомнить тестю о его обещании. Он сам мне о нем напомнил, и, выдав приличную сумму денег, на которую я даже не смел, и рассчитывать, пожелал удачно закупиться в столице необходимыми материалами для ремонта усадьбы. Зерном же, на посевную, он обещал поделиться!
Полный радостной надежды, что скоро мое родовое гнездо будет снова уютным, а поля начнут давать хороший урожай, я поспешил к лестнице. Случайно бросив взгляд в сторону комнаты Ядвиги, меня словно током пронзило, настолько яркие воспоминания меня захлестнули. Но, вспомнив свой разговор с настоящей Ядвигой и ее необыкновенный рассказ о заблудшей душе другой девушки, в которую я собственно и влюбился, мне стало очень грустно.
А потом, мне вдруг вспомнился сверлящий и настойчивый взгляд экономки, который меня буквально преследовал в последнее время моего проживания в замке и даже, когда я уезжал отсюда с молодой женой. Я вспомнил о своем намерении поговорить с этой женщиной и именно сейчас я вознамерился осуществить задуманное.
Встретив в коридоре одну из горничных, спросил ее, где можно найти ее начальницу. Так я и узнал, что Гарния и есть одна из признанных внебрачных дочерей графа Саяна! И что она недавно вышла замуж за дворецкого, а сейчас обустраивает свой собственный дом, находящийся рядом с замком! И, который ей подарил, воспитанник хозяина замка, граф Вяземский. Чудеса, да и только!
Поймав во дворе мальчонку, я попросил его проводить меня к бывшему дому Вильяма. Пацаненок, кивнув, сломя голову кинулся вглубь сада, а я последовал за ним.
Едва я подошел к красивому, добротно сложенному из цельных бревен, дому, на крыльцо вышла та самая женщина. Если бы я не запомнил хорошо ее глаза, то мог бы вполне и не узнать ее, так сильно она изменилась. Это касалось и одежды и прически, лишь манера держать себя осталась та же. Эта женщина, даже еще, будучи одетой в простое черное платье, уже тогда ходила важно, с высоко поднятой головой. Вот что значит, родовая кровь! Породу сразу видно.
Итак, Гарния вышла на крыльцо, сдержанно, без подобострастия кивнула, что привело меня в восторг, и спокойно спросила, зачем я желал ее видеть.
Попросив поговорить с ней наедине, мы отошли немного в сторону, и присели на скамейку, стоявшую у самой стены дома.
— Итак, — первая начала Гарния, спокойно на меня посмотрев, — князь, зачем вы хотели меня видеть?