| But neither great Washington, nor Napoleon, nor Nelson, will answer a single hail from below, however madly invoked to befriend by their counsels the distracted decks upon which they gaze; however it may be surmised, that their spirits penetrate through the thick haze of the future, and descry what shoals and what rocks must be shunned. | Но ни великий Вашингтон, ни Наполеон, ни Нельсон никогда не ответят, если их окликнуть снизу, как бы отчаянно ни призывали их помочь советом те, кто мечется, обезумев, по палубе у них под ногами; а ведь духовные очи их, надо думать, проникают сквозь густую дымку будущего и различают мели и рифы, которые следует обойти стороной. |
| It may seem unwarrantable to couple in any respect the mast-head standers of the land with those of the sea; but that in truth it is not so, is plainly evinced by an item for which Obed Macy, the sole historian of Nantucket, stands accountable. | Попытка объединить в каком-либо отношении мачтовых дозорных на суше и в море может показаться безосновательной; но что в действительности это вовсе не так, ясно доказывает нам одно соображение, которым снабдил нас Овид Мэйси, единственный историограф острова Нантакет. |
| The worthy Obed tells us, that in the early times of the whale fishery, ere ships were regularly launched in pursuit of the game, the people of that island erected lofty spars along the sea-coast, to which the look-outs ascended by means of nailed cleats, something as fowls go upstairs in a hen-house. | Достойный Овид рассказывает, что в прежние времена, когда китобойный промысел только зарождался и корабли еще не пускались в регулярные рейсы в погоне за добычей, жители острова устанавливали в песке вдоль побережья высокие мачты, на которые взбирались дозорные, пользуясь для этой цели планками с гвоздями, вроде того, как куры в курятнике карабкаются кверху на свои насесты. |
| A few years ago this same plan was adopted by the Bay whalemen of New Zealand, who, upon descrying the game, gave notice to the ready-manned boats nigh the beach. | А несколько лет тому назад к такому же способу прибегли китоловы Новой Зеландии -дозорные, заметив кита, давали знак ожидавшим у берега вельботам. |
| But this custom has now become obsolete; turn we then to the one proper mast-head, that of a whale-ship at sea. | Но теперь этот прием устарел, и потому обратимся к единственному настоящему топу мачты, к топу мачты китобойца в море. |
| The three mast-heads are kept manned from sun-rise to sun-set; the seamen taking their regular turns (as at the helm), and relieving each other every two hours. | С восхода до заката стоят дозорные на верхушках всех трех мачт; матросы сменяют там друг друга (как и у штурвала) через каждые два часа. |
| In the serene weather of the tropics it is exceedingly pleasant the mast-head; nay, to a dreamy meditative man it is delightful. | В тропиках в тихую погоду стоять на мачте чрезвычайно приятно, а для мечтательного, задумчивого человека просто восхитительно. |
| There you stand, a hundred feet above the silent decks, striding along the deep, as if the masts were gigantic stilts, while beneath you and between your legs, as it were, swim the hugest monsters of the sea, even as ships once sailed between the boots of the famous Colossus at old Rhodes. | Стоишь себе, на сто футов возвышаясь над безмолвной палубой, словно шагая по бездонной пучине на гигантских ходулях мачт, а внизу между твоих ног проплывают огромные морские чудовища, точно корабли, некогда проходившие между сапогами славного колосса Родосского. |
| There you stand, lost in the infinite series of the sea, with nothing ruffled but the waves. | Так стоишь ты, затерянный в бесконечности океанов, и только волны нарушают великое спокойствие вокруг. |
| The tranced ship indolently rolls; the drowsy trade winds blow; everything resolves you into languor. | Тихо покачивается дремлющий корабль, дуют сонные пассаты, все располагает к покою. |
