| He minds you somewhat of a juggler, balancing a long staff on his chin. | Он напоминает вам жонглера, балансирующего длинным шестом у себя на подбородке. |
| Next moment with a rapid, nameless impulse, in a superb lofty arch the bright steel spans the foaming distance, and quivers in the life spot of the whale. | Но вот еще мгновение - и сверкающая сталь, получив молниеносный неуловимый толчок, взмывает ввысь, описав над пенным простором роскошную крутую арку, и трепещет, впившись в живую китовую плоть. |
| Instead of sparkling water, he now spouts red blood. | И вместо искристой воды кит выпускает в воздух струю красной крови. |
| "That drove the spigot out of him!" cried Stubb. "'Tis July's immortal Fourth; all fountains must run wine today! | - Ага! вышибло из него втулку! - крикнул Стабб. - У нас сегодня благословенный праздник Четвертого Июля; пусть все фонтаны бьют вином! |
| Would now, it were old Orleans whiskey, or old Ohio, or unspeakable old Monongahela! | Неплохо бы было, если бы из него лилось старое орлеанское виски, или старый огайо, или наш бесценный старый мононгахела! |
| Then, Tashtego, lad, I'd have ye hold a canakin to the jet, and we'd drink round it! | Вот тогда бы, друг Тэштиго, я бы велел тебе подставить кружку под струю и мы бы ее пустили вкруговую! |
| Yea, verily, hearts alive, we'd brew choice punch in the spread of his spout-hole there, and from that live punch-bowl quaff the living stuff." | Да ей-богу, братишки, мы бы с вами наварили отменного пуншу у него в дыхале и похлебали бы из живой чаши этой живительной влаги! |
| Again and again to such gamesome talk, the dexterous dart is repeated, the spear returning to its master like a greyhound held in skilful leash. | Снова и снова под такие веселые речи проводится искусный "запуск", и каждый раз острога послушно возвращается к хозяину, словно борзая на своре. |
| The agonized whale goes into his flurry; the tow-line is slackened, and the pitchpoler dropping astern, folds his hands, and mutely watches the monster die. | У кита начинается агония, гарпунный линь провисает, а метатель остроги, скрестив руки, усаживается на носовую банку и молча следит за тем, как умирает кит. |
| CHAPTER 85. The Fountain. | Глава LXXXV. ФОНТАН |
| That for six thousand years-and no one knows how many millions of ages before-the great whales should have been spouting all over the sea, and sprinkling and mistifying the gardens of the deep, as with so many sprinkling or mistifying pots; and that for some centuries back, thousands of hunters should have been close by the fountain of the whale, watching these sprinklings and spoutings-that all this should be, and yet, that down to this blessed minute (fifteen and a quarter minutes past one o'clock P.M. of this sixteenth day of December, A.D. 1851), it should still remain a problem, whether these spoutings are, after all, really water, or nothing but vapour-this is surely a noteworthy thing. | То обстоятельство, что вот уже шесть тысяч лет - и еще бог знает сколько миллионов веков до этого - великие киты пускают фонтаны по всем морям, орошая и поливая подводные сады, точно они не киты, а садовые опрыскиватели, то обстоятельство, что за последние несколько столетий тысячи охотников вплотную подходили к этим фонтанам, собственными глазами разглядывая искристые струи; что все это так, а тем не менее по сей благословенный момент (в пятнадцать с четвертью минут второго пополудни шестнадцатого дня декабря месяца в год от рождества Христова 1851) по-прежнему не выяснено, являются ли эти фонтаны в конечном счете водяными струями или же в них содержится только один пар, обстоятельство это, безусловно, достойно особого внимания. |
