| The yet levelled musket shook like a drunkard's arm against the panel; Starbuck seemed wrestling with an angel; but turning from the door, he placed the death-tube in its rack, and left the place. | Наведенный мушкет задрожал, ударяясь о филенку, точно рука пьяницы; Старбек единоборствовал с ангелом; наконец, отвернувшись прочь от двери, он сунул в стойку смертоносное оружие и вышел вон. |
| "He's too sound asleep, Mr. Stubb; go thou down, and wake him, and tell him. | - Он слишком крепко спит, мистер Стабб, спустись-ка ты к нему сам, разбуди и доложи. |
| I must see to the deck here. | Я не могу оставлять палубу. |
| Thou know'st what to say." | Ты знаешь, что ему сказать. |
| CHAPTER 124. The Needle. | Глава CXXIV. СТРЕЛКА |
| Next morning the not-yet-subsided sea rolled in long slow billows of mighty bulk, and striving in the Pequod's gurgling track, pushed her on like giants' palms outspread. | На следующее утро волнение на море еще не улеглось, и широкие, неторопливые, могучие валы катились за кормой "Пекода", подталкивая его вперед, словно вытянутые ладони доброго великана. |
| The strong, unstaggering breeze abounded so, that sky and air seemed vast outbellying sails; the whole world boomed before the wind. | Сильный, ровный ветер дул так щедро, что и небо и воздух казались сплошь одними раздутыми парусами; весь мир гудел и трепетал. |
| Muffled in the full morning light, the invisible sun was only known by the spread intensity of his place; where his bayonet rays moved on in stacks. | В ясном свете утра невидимое солнце скрывалось за белой тканью, и угадать, где оно сейчас, можно было лишь по непереносимо яркому пятну там, где скрещенные штыки лучей сквозили, падая на палубу. |
| Emblazonings, as of crowned Babylonian kings and queens, reigned over everything. | Пышное великолепие царило вокруг, подобное великолепию коронованных царей и цариц Вавилона. |
| The sea was as a crucible of molten gold, that bubblingly leaps with light and heat. | Море казалось чашей расплавленного золота, которое пузырится, источая свет и жар. |
| Long maintaining an enchanted silence, Ahab stood apart; and every time the tetering ship loweringly pitched down her bowsprit, he turned to eye the bright sun's rays produced ahead; and when she profoundly settled by the stern, he turned behind, and saw the sun's rearward place, and how the same yellow rays were blending with his undeviating wake. | Ахав уже давно стоял один, храня колдовское молчание; и всякий раз, когда судно, соскальзывая с пологой волны, опускало бушприт, он поворачивался, чтобы увидеть яркие солнечные лучи, пробивающиеся на носу, а когда корабль круто оседал на корму, он оборачивался назад, чтобы видеть, как солнечный свет льется и оттуда и как те же золотые лучи играют теперь на неуклонно-прямой борозде у него за кормой. |
| "Ha, ha, my ship! thou mightest well be taken now for the sea-chariot of the sun. | - Ха, ха, корабль мой! ты похож на морскую колесницу солнца. |
| Ho, ho! all ye nations before my prow, I bring the sun to ye! | Хо, хо! земные народы! Я везу вам солнце. |
| Yoke on the further billows; hallo! a tandem, I drive the sea!" | Я запряг могучие валы; э-ге-гей! Я правлю океаном, запряженным в мою колесницу! |
| But suddenly reined back by some counter thought, he hurried towards the helm, huskily demanding how the ship was heading. | Но вдруг точно какая-то новая мысль, натянув поводья, подняла его на дыбы, он бросился к штурвалу и хриплым голосом потребовал, чтобы рулевой назвал ему курс. |
