– А по какой дороге мы сейчас едем?
– Это дорога на Минск1. На сотом километре от Москвы повернём направо – на Можайку2. От Можайска до Бородина совсем близко.
– А на электричке до Бородина можно доехать?
– Захар говорил, что можно. С Белорусского вокзала3. Можно доехать до Можайска, или до станции Бородино, или до Гагарина. Да, ещё можно до Вязьмы. Ну а дальше на автобусе.
– А из Москвы туда идёт какой-нибудь автобус?
– Я у Захара спрашивал. Он сказал, что тоже от Белорусского. Автобус номер 457. Обо всём этом узнаем, когда приедем.
– А где мы будем ночевать, Никита Михайлович? В какой гостинице?
– Зачем нам гостиница? Я же сказал, что всё организовано! Всё чики-пуки! Я перед поездкой человека нашёл, у которого там знакомая мамы живёт. Позвонил, договорился. Так что порядок. В гостинице мы с тобой ничего интересного о нашем деле не узнаем. А простые люди нам всё расскажут: как и с кем говорить о покупке земли. Зачем платить Захару и его фирме? Мы на них уже посмотрели и всё поняли. Землю будем покупать без посредников. Эх, молодёжь! Всему вас ещё учить надо!
– Я не понял, где же мы будем жить?
– В деревне. У Татьяны Андреевны. В отдельном доме. Её дом находится на территории Бородинского музея-заповедника. Ты, это… Ты не говори пока ей, что мы приехали землю покупать, – попросил Никита Михайлович.
– Почему?
– Я сказал Татьяне Андреевне, что ты русский француз, который пишет диссертацию о войне 1812 года. Понимаешь, я не знаю, как люди будут к нам относиться, если узнают, зачем мы сюда приехали. Веди себя как человек, который занимается историей.
Я не понял, как надо себя вести. Но спрашивать об этом не стал. Я спросил о том, что меня действительно интересовало:
– Так значит, люди против того, чтобы здесь покупали землю?
– Сынок, люди всегда боятся всего нового. Они не понимают, что жить здесь будет лучше и веселее, когда сюда приедут богатые люди.
– Но потом они узнают о нас правду, – я внимательно посмотрел на спутника, – Нас не будут здесь любить. И тогда точно будут проблемы.
– Ещё как будут любить! Мы всё сделаем, чтобы стать здесь своими. Это очень важно! Всё тогда для нас дешевле будет! – уверенно сказал он.
Я не знал, что сказать… Этот человек всё время удивлял меня.
Немного помолчав, он продолжил:
– Серёженька, пить не будем. Я своё давно выпил. Не пью лет пять. Днём я за рулём. Поэтому народ поймёт, почему не пью. Хотя… для многих это тоже не аргумент. А вечером… Я нашёл дом, где живёт только одна женщина. Если бы были мужики, то они бы нас точно не поняли. Надо было бы пить. Понял?
– Понял! – ответил я и подумал: «Это очень хорошо, что пить не будем! А то случится что-нибудь… На дороге, например… А потом будем объяснять: “Судьба!” – и решать ненужные проблемы».
1 Минск – столица Республики Беларусь.
2 Можайка – (зд., разг.) дорога от Москвы до Можайска; Можайск – город на западе Московской области.
3 Белорусский вокзал – один из вокзалов Москвы, с которого уходят поезда западного направления.
Минут через 15 мы были на месте. Никита Михайлович вышел из машины и пошёл к деревянному дому, стоящему за невысоким забором. Не успел он подойти, как мы услышали собаку. Через минуту открылась дверь и появилась пожилая женщина.
– Это вы, Никита Михайлович? – крикнула она.
– Мы, Татьяна Андреевна! Добрый вечер. Вот, приехали. С Сержем! С французом нашим! Извините, что немного опоздали. Дорога была долгая.
– Здравствуйте! Я вас жду. Собаку не бойтесь. Проходите-проходите.
Мы вошли в дом и оказались в комнате, похожей на широкий коридор.
– Это сени, – сказал Никита Михайлович, – Летом тут спать хорошо. Летом здесь можно и соседей принять. Посидеть с ними, поговорить. А сейчас здесь вещи, нужные для хозяйства. Зимой сени защищают дом от холода.
Мы прошли дальше в дом и вошли в большую комнату. Справа я увидел белую стенку из кирпича, а в ней огонь.
– Видишь, Серёжка! Настоящая русская печка! А ты говорил «гостиница»! Татьяна Андреевна! А ужин вы нам в этой печке готовили? – спросил он.
– Нет, – улыбнулась она, – нормально готовила, как в городе готовят, на газе.
– Жаль, – сказал Никита Михайлович и продолжил: – Видишь иконы в углу? Это красный угол! Самое важное место в доме!
Под иконами вдоль стен стояли деревянные лавки и стол. На столе нас уже ждал ужин.
– Та-а-к, хозяйка, – продолжил Никита Михайлович, – а где мы спать-то будем? Показывай!
Татьяна Андреевна снова улыбнулась, подошла к двери, расположенной недалеко от окна, и открыла её.
– Это одна комната, а за ней – другая. Выбирайте, кому какая нравится.
Мы вошли в комнату. Она оказалась очень уютной и чистой. В ней стояла широкая и высокая кровать, шкаф, маленький стол и два стула. На стенах – фотографии. Над кроватью ковёр, на полу половики.
– Ну, ты здесь или в следующей? – спросил меня Никита Михайлович.
– Как скажете. Выбирайте вы.
