— Он коллекционирует людей, — тихо заметил Маклиш, — как паук мух. Заманивает в ловушку, опутывает шелковыми нитями и держит при себе до тех пор, пока не понадобятся. — Архитектор повернулся к Аполлону, устремив на него слишком циничный для столь молодого человека взгляд голубых глаз. — Он и вас сделал экспонатом своей коллекции?
— Нет, — рассеянно ответил Аполлон, опять наблюдая за Лили, которая, запрокинув голову, смеялась над какой-то шуткой Филиппа Уорнера. — Он может сколько угодно думать, что это так, но его ждет разочарование.
— Я тоже так думал, — возразил Маклиш, проследив за его взглядом. — Но в конце концов оказалось, что ошибался я.
Бросив взгляд на молодого человека, Аполлон молча отошел в сторону, поскольку не имел ни малейшего желания разбираться, что происходит между Монтгомери и его архитектором. Все его внимание было приковано к Лили.
Калибан… нет, лорд Килбурн направлялся к ней, и Лили не знала, что делать. Все это время она отчетливо осознавала его присутствие, поскольку его взгляд, казалось, прожигал ей спину, в какую бы часть комнаты она не переходила. Вообще-то это было несправедливо. Ведь это он исчез, ничего не объяснив и даже не попытавшись сообщить, что с ним все в порядке. И вот теперь он заявился на званый вечер, по-прежнему представляясь мистером Смитом. А как насчет нового имени? Или считает, что достаточно и фамилии? Внезапно Лили поразила невероятная мысль: ведь она даже имени его не знает! Она позволила ему некие вольности, не удосужившись ничего о нем узнать. Ну разве это не безалаберность?
— Может, скажете, как вас зовут на самом деле? — спросила Лили, когда Аполлон поравнялся с ней, и, сморгнув навернувшиеся на глаза слезы, сказала себе, что виной тому всего лишь стыд и досада.
Он быстро огляделся, убеждаясь, что их никто не услышит, и тихо ответил:
— Аполлон Грейвс, виконт Килбурн.
Аполлон? Лили с трудом удержалась, чтобы не фыркнуть.
Да уж, такое имечко определенно не сочетается с фамилией Смит, как и вообще с обликом его обладателя: странное и нелепое, почти такое же, как Калибан. Что за мать могла назвать весьма далекого от привлекательности сына именем златокудрого бога? Мало кто смог бы соответствовать такому имени. А ведь у Аполлона есть сестра-близнец…
Мысли вдруг выстроились в логическую цепочку, когда Лили поняла, кто именно его сестра.
— Вашу сестру зовут Артемис Баттен, герцогиня Уэйкфилд?
— Тише, — прошептал Аполлон.
— Черт возьми, ваша сестра — герцогиня!
— Ну да. — Аполлон посмотрел на нее так, словно не было ничего удивительного в том, что сестра носит такой титул.
— И это означает, что герцог — ваш зять.
— И при этом настоящий осел, если это имеет для вас какое-то значение.
— Не имеет, — решительно произнесла Лили. — Правда. Почему вы вообще со мной разговариваете? Ведь я всего лишь актриса без роду-племени.
— Это абсолютно не важно! — пылко возразил Аполлон. — Мне нужно поговорить с вами, объясниться…
— Мне платят за то, чтобы я находилась здесь, — сказала Лили с достоинством, какое только могла сохранить в сложившихся обстоятельствах. — А вы рождены для всего этого… — Она обвела рукой зал, хоть и плохо освещенный, но зато с позолоченным потолком. — И даже большего. У нас с вами нет абсолютно ничего общего. Не знаю, зачем вы здесь, но буду очень благодарна, если станете держаться от меня подальше.
Изобразив на лице улыбку, Лили постаралась как можно грациознее отойти от виконта. Не было необходимости устраивать сцену лишь потому, что ее сердце разрывалось. Более того — это было бы просто смешно. Когда он был всего лишь садовником, немым и одетым в обноски, их можно было считать ровней. Теперь же, тщательно вымытый, подстриженный, в дорогой одежде, благоухающий дорогим одеколоном, он был для Лили также недостижим, как пылающее в небе солнце.
Ни дать ни взять Аполлон. Пожалуй, сейчас это имя действительно ему подходило. А вот она оставалась все той же актрисулькой, скромной и незаметной.
От грустных мыслей ее отвлек появившийся в этот момент дворецкий, который пригласил присутствующих к столу. Все отправились в обеденный зал, очень длинный и узкий, в центре которого был накрыт бесконечный стол красного дерева. Лили досталось место между герцогом Монтгомери и очаровательным мистером Уорнером. Прямо напротив нее сидел Джордж Грейвс, расположившийся между миссис Джеллет и миссис Уорнер.
Не успели они отведать жидковатого говяжьего бульона, как миссис Джеллет, зрелая дама в платье ошеломительного желто-зеленого оттенка, подалась вперед и громко произнесла:
— Вы что-нибудь слышали о своем безумном кузене, мистер Грейвс? Насколько я поняла, ему удалось сбежать от солдат из «Хартс-Фолли».
Губы мистера Грейвса сжались узкую полоску, и всем сразу стало понятно, насколько неприятна ему эта тема. Однако его реакция не остановила гостей.
— Говорят, он зарезал аж трех человек! — Миссис Уорнер картинно передернулась. — При одной только мысли, что этот сумасшедший убийца разгуливает на свободе, ужасно хочется спрятаться под кроватью.
