Дом коротко хохотнул, отчего вздулись парусом кружевные шторы на окнах:
— Чудная ты, видит свет. Вроде бы уже на крыло встала, а о своих близких родичах, Охотниках, ну ничегошеньки не знаешь.
Драконесса фыркнула, обиженно отворачиваясь и даже хвостиком накрываясь.
— Не сердись, — проскрипел дух дома, — я не укорить тебя хотел, просто подивился. Вы ведь на одном фундаменте с Охотниками стоите, а ни они вас, ни вы их признавать не желаете, ещё и напакостить всё время друг другу норовите. Как не родные, право слово!
— Да какие же они родные, если охотятся на нас, словно на диких зверей, истребляют почём зря, — вскипела Риола и тут же осеклась. В памяти вспыхнули и тут же погасли какие-то жуткие видения, связанные не с Охотниками, нет, с драконами.
Дух дома укоризненно вздохнул, опять всколыхнув кружевные занавески, скрипнул створками шкафа, задумчиво подребезжал подвесками на люстре:
— Прав Арион, наивна ты очень, рано тебя в свободный полёт выпустили. Скажи честно, юная драконесса, ты мне, лично мне, веришь?
— Верю, — медленно кивнула Риола, гадая, какой пакостью может обернуться её чрезмерная доверчивость. С одной стороны, лично дом ей ничего плохого не сделал, наоборот, щедро делился теплом и уютом, навевал сладкие сны, но с другой, душу-то в него Охотник вкладывал, причём из тех, именем которого пугают непослушных детей даже его сородичи и к ночи лишний раз стараются не поминать.
Дом опять вздохнул, скрипнул, пошуршал чем-то негромко, а потом решился:
— Ну, коли веришь, тогда смотри.
В памяти драконессы опять мелькнули смазанные обрывочные видения какого-то кошмара с участием соплеменников. Девушка досадливо поморщилась, головой потрясла, разум проясняя, и послушно уставилась в сгущающуюся темноту перед собой, даже дыхание затаила. Прошла минута. Другая. Лёгкие запекло от недостатка кислорода, а вокруг по-прежнему было темно и тихо.
— И? — хрипло выдохнула Риола. — На что мне смотреть-то?
— Ой, прости, я же и забыл, что у вас, драконов, телепатия развита слабо, — сконфуженно хлопнул ящичком дом, — прости. К зеркалу подойди да всмотрись в его глубину, только ладошку на раму положи, чтобы не провалиться никуда.
Девушка опасливо покосилась на зеркало, в котором ей привиделась жуткая морда, и осторожно, дабы собственной робости не показать, спросила:
— А… к зеркалу точно подходить надо?
Что-то негромко застучало, зашлёпало, драконесса даже не сразу сообразила, что так смеётся дух дома.
— Не бойся, маленькая чешуйка, призрак тебе ничего не сделает, я держу его крепко. Подойди к зеркалу.
Риола помялась немного, потеребила мочку уха, но потом всё же слезла с кровати и осторожно, готовая в любой момент трансформироваться и атаковать, подошла к зеркалу.
— Смотри, — выдохнул дом, и ровная гладь стекла пошла чуть приметной рябью.
Драконесса напряглась, но не отступила, лишь положила, как и просил дух дома, ладошку на прохладную узорчатую раму. По зеркальной поверхности меж тем расплывались круги, словно в пруд с размаху камень кинули. Риола медленно выдохнула, нетерпеливо переступила по полу босыми ногами, досадуя, что не догадалась тапочки надеть и вспоминая, куда именно их задвинула. Под кровать? Да нет, туда она перед сном их ставит. К двери? Там вроде не было.
— Смотри, — повторил дух дома, и драконесса послушно сосредоточилась на зеркале, в котором отражалась не погружённая в вечерние сумерки девичья комната, а поляна посреди густого, местами поломанного и выжженного леса.
По лесу уверенно двигался закутанный в тёмный плащ мужчина, время от времени он останавливался, оглядывался по сторонам, и тогда Риоле становился заметен бледно-розовый рубец, рассекающий надвое лоб, проходящий по самому краю левого глаза и спускающийся вниз на щёку.
— Кто это? — прошептала Риола, испытывая необъяснимое желание трансформироваться, свернуться в клубочек, забиться в тёмный угол, ещё и голову хвостиком накрыть, выставив наружу острые шипы.
Дух дома ехидно скрипнул дверцами:
— Смотри и увидишь.
Драконесса с трудом проглотила горькую от страха слюну, облизнула пересохшие губы, зачарованно наблюдая за мужчиной, внушающим необъяснимый ужас. Казалось бы, что в этом незнакомце такого жуткого? Ну да, не красавец, черты лица грубоваты, шрам тоже привлекательности не добавляет, так ведь и орки особой пригожестью не отличаются, а такого страха не вызывают. Незнакомец резко замер, словно на незримую стену налетел, одним стремительным слитным движением настоящего воина развернулся, и Риола подавилась воздухом. У мужчины из зеркала были янтарно-жёлтые с чёрными вертикалями зрачков глаза.
— Охотник, — прошелестела драконесса, невольно приседая и жалея о том, что не может стать невидимкой.
Дух дома проворно подпихнул под ослабевшие, отказывающиеся держать ноги перепуганной девушки пушистый пуфик, проскрипел ободряюще:
— Не бойся, он тебя не видит. И вообще, то, что ты сейчас созерцаешь, произошло почти тридцать лет назад, это для тебя небольшая экскурсия в прошлое.
