Мы мыли посуду в молчании, Тотошка спал у наших ног. Трэвис вытер последнюю тарелку и поставил в сушку, а потом повел меня по коридору, чуть крепче обычного сжимая мою руку. Дорога до спальни показалась вдвое длиннее. Мы оба знали, что прощаться придется всего через несколько часов.
На этот раз Трэвис не стал притворяться, что не подглядывает, пока я переодевалась в его футболку. Он разделся до трусов и забрался под одеяло, ожидая меня. Как только я присоединилась к нему, Трэвис выключил лампу, а потом притянул меня к себе, не спрашивая и не извиняясь. Он крепко обнял меня и вздохнул. Уткнувшись лицом в его шею, я крепко зажмурилась, пытаясь запомнить этот чудесный момент. Я понимала, что буду желать его повторения всю оставшуюся жизнь, поэтому старалась насладиться мгновением.
Трэвис взглянул на окно. Деревья отбрасывали тени на его лицо. Трэвис закрыл глаза, и внутри меня поселилось гнетущее чувство. Я не могла смотреть на его страдания, ведь я не просто была причиной… но и единственным лекарством.
– Трэв? Ты в порядке? – спросила я.
Последовала долгая пауза.
– Мне еще никогда не было так чертовски плохо, – ответил наконец Трэвис.
Я уткнулась лицом в его шею, и он крепче обнял меня.
– Глупо как-то, – сказала я. – Мы же будем видеться каждый день.
– Ты сама знаешь, что это не так.
На мои плечи обрушился тяжкий груз печали, и меня охватило непреодолимое желание спасти нас обоих. Я приподняла подбородок, но замешкалась. То, что я собиралась сделать, изменит все. Как мне казалось, в близости Трэвис видел лишь способ провести время. Я зажмурилась и отогнала свои страхи. Я обязана была что-нибудь предпринять, иначе бы нас обоих ждала бессонная ночь в ожидании утра.
Мое сердце забилось чаще, когда я прикоснулась губами к шее Трэвиса, пробуя на вкус его кожу в медленном ласковом поцелуе. Трэвис с удивлением посмотрел на меня, а когда он разгадал мои намерения, его глаза наполнились нежностью.
Трэвис наклонился и подарил мне сладкий чувственный поцелуй. Тепло от его губ разлилось по всему моему телу, и я притянула Трэвиса к себе. Мы сделали первый шаг, отступать я не намеревалась. Я раскрыла губы, позволяя Трэвису проникнуть внутрь языком.
– Я хочу тебя, – проговорила я.
Внезапно поцелуй замедлился, и Трэвис попытался отстраниться. Я же собиралась довести дело до конца и перешла к более энергичному поцелую. Трэвис отпрянул и встал на колени. Я поднялась вместе с ним, не отрываясь от его губ.
Трэвис схватил меня за плечи, пытаясь охладить мой пыл.
– Подожди, – прошептал он с радостной улыбкой на губах. Дыхание его было прерывистым. – Голубка, тебе не обязательно делать это. Сегодня важно совсем другое.
Трэвис едва сдерживался, и я снова прильнула к нему. На этот раз он сопротивлялся не так сильно. Этого оказалось достаточно, чтобы я дотянулась до его губ. Я посмотрела на Трэвиса исподлобья, вложив во взгляд всю мою решимость. Я замешкалась лишь на секунду, но потом прошептала:
– Не заставляй меня умолять.
При этих словах самообладание Трэвиса испарилось, и он с жадностью поцеловал меня. Я провела ладонью по его спине, останавливаясь у резинки боксеров и неуверенно теребя ее. Поцелуи Трэвиса стали все более нетерпеливыми, и мы повалились на кровать. Его язык снова нашел мой, а когда я набралась смелости и скользнула пальцами за боксеры, Трэвис застонал.
Он стащил с меня футболку и торопливо провел рукой по боку, снимая мои трусики. Губы Трэвиса снова накрыли мой рот, а ладонь легла на внутреннюю сторону бедра, лаская там, где еще не касался ни один мужчина. Я прерывисто вздохнула. Мои согнутые ноги вздрагивали при каждом откровенном прикосновении Трэвиса. Когда я дотронулась до его плоти, он расположился прямо надо мной.
– Голубка, – тяжело дыша, произнес он. – Мы не обязаны делать это сегодня. Я подожду, пока ты не будешь готова.
Я дотянулась до верхнего ящика тумбочки и выдвинула его. Нащупала пакетик и поднесла ко рту, открывая зубами. Трэвис убрал руку с моей спины и снял боксеры, отбрасывая в сторону, будто не мог вынести самого факта их присутствия между нами.
Зашуршал пакетик, а через несколько секунд я ощутила Трэвиса между своих ног и закрыла глаза.
– Голубка, посмотри на меня.
Я так и поступила. Взгляд Трэвиса наполнился одновременно решимостью и нежностью. Он склонил голову и ласково поцеловал меня, затем его тело напряглось, когда он медленным движением протиснулся внутрь. Трэвис отпрянул, и я закусила губу от неприятного ощущения. Когда он снова подался вперед, я зажмурилась от боли и стиснула его бедра ногами. Он опять поцеловал меня.
– Посмотри на меня, – прошептал Трэвис, и я открыла глаза.
Он подался вперед, вжимаясь в меня. Я вскрикнула от внезапной сладости ощущения. Как только я расслабилась, Трэвис стал двигаться ритмичнее. Я перестала нервничать, как в начале, а Трэвис с жадностью проникал в мою плоть, будто не мог насытиться. Когда я крепко прижала его к себе, он застонал от переизбытка ощущений.
– Эбби, я так долго желал тебя. Ты все, что мне нужно, – выдохнул он.
