– Мне позаботиться об этом, сэр?
– Нет! Нет, нет… – сказал Бенни, оставаясь под впечатлением от этой импровизированной постановки. – Как тебя зовут?
Трэвис по-прежнему прерывисто дышал.
– Трэвис Мэддокс, – сказал он, вытирая с рук кровь Дейна и Дэвида о джинсы.
– Трэвис Мэддокс, верится мне, ты можешь подсобить своей подружке.
– Как? – фыркнул Трэвис.
– Завтра ночью у Дейна бой. Я поставил много денег, а по виду Дейна не скажешь, что завтра он будет в форме, чтобы победить. Предлагаю тебе занять его место, сорвать для меня куш. Тогда я прощу Мику пять тысяч и одну сотню.
Трэвис повернулся ко мне.
– Голубка?
– Ты в порядке? – спросила я, вытирая кровь с его лица. Я прикусила губу. Мое лицо перекосилось одновременно от страха и облегчения.
– Детка, это не моя кровь, – улыбнулся Трэвис. – Не плачь.
– Я занятой человек, сынок, – поднялся из-за стола Бенни. – Ты в игре или пас?
– Хорошо, – сказал Трэвис. – Скажите, где и когда, и я там буду.
– Ты будешь драться с Броком Макмэнном. Он не из робкого десятка. В прошлом году его исключили из UFC[21].
Трэвиса это, казалось, не тронуло.
– Просто скажите, куда приехать.
Бенни обнажил зубы в акульем оскале.
– Ты мне нравишься, Трэвис. Думаю, мы подружимся.
– Сомневаюсь, – сказал Трэвис. Он открыл для меня дверь и сохранял оборонительную позицию, пока мы не вышли к парадной двери.
– Бог ты мой! – выкрикнула Америка, когда увидела кровь на одежде Трэвиса. – Вы в порядке, ребята?
Она схватила меня за плечи и внимательно изучила лицо.
– Со мной все нормально. Очередной день в офисе. Для нас обоих, – сказала я, потирая глаза. Трэвис взял меня за руку, и мы помчались к отелю. Следом не отставали Америка и Шепли. На внешний вид Трэвиса почти никто не обратил внимания. Он был весь в крови, но заметили это лишь изредка встречавшиеся приезжие.
– Что там, черт побери, произошло? – спросил наконец Шепли.
Трэвис разделся до нижнего белья и направился в ванную. Зашумел душ, и Америка протянула мне коробку салфеток.
– Я в порядке, Мерик.
Она вздохнула и снова придвинула мне коробку.
– Нет, не в порядке.
– Это не первое мое родео с Бенни, – сказала я. Все мои мышцы болели от двадцатичасового напряжения и стресса.
– Зато ты впервые видела, как Трэвис на ком-то срывается, – сказал Шепли. – Один раз я сам наблюдал. Не слишком приятное зрелище.
– Что все-таки произошло? – настойчиво спросила Америка.
– Мик позвонил Бенни. Свалил всю ответственность на меня.
– Я убью его! Убью этого сукина сына! – закричала Америка.
– Бенни не считал меня ответственной, но хотел преподать Мику урок за то, что он посылает свою дочь расплачиваться по долгам. Он натравил на нас своих чертовых псов, и Трэвис с ними расправился. С обоими. Меньше чем за пять минут.
– Так Бенни отпустил вас? – спросила Америка.
Из ванной появился Трэвис с полотенцем на бедрах. Единственный след потасовки – красная царапина на правой щеке.
– Один из парней, которых я вырубил, должен был принимать завтра участие в бою. Я займу его место, а взамен Бенни простит Мику оставшиеся пять тысяч долга.
– Это нелепо! – поднялась Америка. – Эбби, почему мы помогаем Мику? Он бросил тебя на съедение волкам! Я точно убью его!
– Если этого не сделаю я, – с негодованием проговорил Трэвис.
– Становитесь в очередь, – сказала я.
– Значит, завтра ты дерешься? – спросил Шепли.
– В месте под названием «Зеро». В шесть часов. Шеп, это Брок Макмэнн.
Шепли покачал головой.
– Не вздумай. Трэв, не вздумай, черт побери! Этот парень маньяк!
– Ага, – ответил Трэвис. – Но он не борется за эту девушку, так ведь? – Трэвис обнял меня и поцеловал в макушку. – Ты в порядке, голубка?
– Это неправильно. Все совершенно неправильно. Даже не знаю, как мне отговорить тебя.
– Ты видела меня сегодня? Со мной все будет в порядке. Я разок наблюдал, как борется Брок. Он силен, но не непобедим.
– Трэв, я не хочу, чтобы ты это делал.
– Что ж, а я не хочу, чтобы ты завтра вечером ужинала со своим бывшим. Полагаю, нам обоим придется сделать что-то неприятное, чтобы спасти твоего непутевого отца.
Я и раньше видела, как Вегас меняет людей, создавая монстров и неудачников. Так легко позволить лоску и ложным мечтам просочиться в твою кровь! Я наблюдала, как на лице Трэвиса появляются взбудораженность и непобедимость, и знала, что единственным лекарством станет полет домой.
Джесс нахмурился, когда я вновь посмотрела на часы.
– Конфетка, ты куда-то опаздываешь? – спросил он.
– Джесс, пожалуйста, прекрати меня так называть. Я просто ненавижу эту кличку!
– Я тоже ненавидел, когда ты уехала. Но не остановил тебя.
– Это бессмысленный разговор. Давай просто поужинаем, хорошо?
– Хорошо. Тогда поговорим о твоем новом парне. Как его имя? Трэвис? – Я кивнула. – И что ты делаешь рядом с этим психом в татуировках? Он будто один из отбросов «Семьи» Мэнсона[22].
– Джесс, веди себя как подобает, или я уйду отсюда.
– Я не могу поверить, насколько вы разные. И не могу поверить, что ты сейчас сидишь напротив меня.
– Поверь, наконец, – закатила я глаза.
– Вот она, девушка, которую я помню, – сказал Джесс.
Я посмотрела на часы.
