В правой руке что-то щекочет. Только я думаю о том, что Серафима расцарапала ее до крови, как замечаю, что мое тело бледнеет, затем снова вспыхивает, как огонь, прежде чем в какой— то момент исчезнуть.
— Твоя рука! — Серафима хватает ртом воздух и вместе с тем нарушает правила. Так я предполагаю, пока не слышу, что Делайла тоже произносит это. Я выглядываю из книги и вижу, как бестелесная рука парит между Эдгардом и Делайлой.
— Мне кажется, работает, — шепчет Эдгард.
Голова кружится, и я не могу дышать.
Опустив глаза, вниз вижу, что ткань моего камзола начинает дрожать, и внезапно распадается и исчезает.
— Оливер, — говорит Делайла. — Твой камзол ткется прямо здесь на наших глазах!
Мое сердце бьется так громко, что я уверен, все на пляже слышат его стук, и, возможно, даже Делайла с Эдгаром. Может ли так быть, что это действительно сработает?
Я действительно так близок, чтобы освободиться?
Я смотрю на Фрампа. На его маленькой меховой морде смесь из разочарованного доверия и страха. Я не могу поговорить с ним, так как не нахожу слов, но беззвучно произношу: "Живи в радость, мой друг."
Я закрываю глаза и надеюсь на лучшее.
— Эдгар? — незнакомый голос парит над морским берегом. — Что вы там двое читаете?
Мой мир шатается и начинает восстанавливаться. Делайла прикрыла книгу и прислонила ее к монитору. Теперь я все еще могу рассмотреть помещение, но уже с другого ракурса. Эдгар пошел вперед, так что мое прозрачные части, не заметны за его телом. И Жасмин Якобс, когда входит в комнату, не видит, что только что произошло.
— Эту старую сказку, — говорит Эдгар странно высоким голосом. Она что не замечает ,что он лжет? — Я забыл, как она заканчивается.
— Конечно, наступает счастливый конец, — говорит Жасмин.
— Верно, — Делайла широко улыбается. — Конечно.
Внезапно я чувствую, как кровь снова стремительно мчится в груди и руке. Они горят как огонь, как будто бы содрали кожу.
Застонав я падаю на колени на пляже, согнувшись от боли.
— Я только хотела пожелать спокойной ночи. Делайла, тебе еще что— нибудь нужно?
— Все замечательно... — она улыбается. — Спасибо. За все.
Несмотря на то, что стою на коленях, я замечаю, как я снова приближаюсь к Серафиме. Ненатуральная сила поднимает меня на ноги. Моя рука против воли хватает руку Серафимы и сжимает ее.
Я знаю, что только что произошло. Как и любая попытка вытащить меня из книги, эта прошла неудачно. История всегда побеждает.
Жасмин подходит ближе, еще одна читательница. Я наблюдаю, как она рассматривает страницу. — Мне особенно нравилась заключительная сцена...
Эдгар хватает книгу, и в моей голове все переворачивается. — Все равно, — говорит он и захлопывает книгу так, что падаю на землю.
Мгновенно раздается гул голосов: Другие персонажи обсуждают странный инцидент, который только что произошел на их глазах. Серафима плачет, закрывает лицо руками и убегает вдоль пляжа. Орвилль подбегает ко мне и исследует мою руку. — Мой мальчик, что за черная магия была только что использована?
— Со мной все в порядке, — успокаиваю я его, затем поворачиваюсь к остальным. — Только что все вышло из под контроля. Но теперь все снова стало нормальным.
После моих заверений, люди разбиваются по маленьким группкам, но все еще продолжают говорить о том,
что только что произошло. Только Фрамп остается со мной и садится рядом. — Олли, — говорит он, — мы уже так долго дружим, как ты можешь врать мне.
Я закапываю носки сапогов в песок. Так все началось, с шахматной доски, которую мы нарисовали.
— Я хочу выбраться отсюда, Фрамп, — доверяюсь я ему.
— Я так же мало подхожу к этому миру, как ты телу собаки.
— Но это не в наших силах, — отвечает Фрамп.
— Как такое может быть, что счастливый конец наступает только у меня? — говорю я. — Тебе никогда не казалось это неправильным?
— Я просто всегда считал, что ты счастливчик.
— Мы все можем быть счастливчиками, — предлагаю я.
— Мы все могли бы стать теми, кем хотели бы быть, вместо того, чтобы играть роли, которые кто-то выдумал для нас.
Фрам качает головой. — Твоя фантазия сбивает тебя с толку ,Олли.
— Не появились ли мы вообще на свет только благодаря ней? — тихо произношу я.
Глаза Фрампа начинают светиться, когда он понимает, что для него, возможно другое будущее чем то, которое он ожидает. И тогда на него обрушивается то, что произошло со мной несколько минут назад. — Ты хотел покинуть историю, — говорит он медленно, когда ему все становится ясно.
— Да, я не могу оставаться здесь.
Фрамп выпрямляется. — Тогда я иду с тобой.
Я киваю подбородком в ту сторону, где на каменной глыбе сидит Серафима и осторожно утирает слезы. — Ты же не хочешь этого, верно? — я слегка улыбаюсь ему. — Если я выберусь отсюда, честное слово, я сделаю все,что в моих силах, чтобы ты снова стал человеком.
Погруженный в мысли он почесывает за ухом.
— Олли? Могу я еще кое о чем попросить? Если ты выберешься отсюда... мог бы ты хоть как-то повлиять на нее... чтобы она заметила меня?
— Я думаю, она уже это сделала, — говорю я и слегка пихаю его в бок. — Иди уже.
