Но потом колесики у меня в голове начинают вращаться, и все секреты оказываются забыты, потому что… как же я теперь ухмыляюсь. Я закидываю рюкзак подальше за спину, а затем, стараясь топать погромче, заворачиваю за угол гостиной. Мама сразу же замолкает.
– Сын, ты уходишь?
– Ага. – Я машу ей и сваливаю.
Я использую двадцать минут дороги до папы, чтобы созвониться с людьми. Сначала я набираю Сьюзи. Узнаю от нее, что в среду, в последний день школы, Саймон устраивает вечеринку у себя в гараже. В ее голосе звучит хрипотца, и я даже не задумываюсь
Потом звоню своему лучшему другу Стивену.
– Что? – отвечает он.
– Мне нужна твоя помощь, – говорю я. Пересказываю свой план, и он тут же бросает трубку. Я хохочу. Я знаю, Стивен все равно согласится.
Через неделю я приведу свой план в действие.
Глава 3
Люк
Звучит глупо – особенно из уст мужчины тридцати шести лет, – но я боюсь вновь сказать своему соседу «привет». Меня не было всего лишь шесть месяцев, но по ощущению эти шесть месяцев продлились целую вечность.
Как говорится, что имеем – не храним, потерявши – плачем. Вот, что творилось со мной в Окленде. Шесть месяцев в коробке с потерянными вещами. Вот почему, зайдя к себе, я не могу даже посмотреть на дом Сэма.
Изначально я вообще не собирался тут оставаться. Когда семь лет назад я сюда переехал, то предполагал, что это жилье будет временным, пока не подвернется что-то получше. Я представлял свой дом в центре Веллингтона, ближе к работе. Но потом…
В общем, потом случились парни, живущие по соседству…
Я сижу на своем привычном месте с краю дивана и смотрю на черный экран телевизора. На журнальном столике рядом разбросана почта, сотни неразборчивых слов, прямо сейчас не имеющих никакого значения. Для меня важны другие слова.
Я откидываюсь назад и, выгнувшись, чтобы достать до кармана, вытягиваю оттуда сложенный вчетверо лист. От постоянных перечитываний бумага обтрепалась по краям и посерела. Раньше, в первые несколько раз, когда я разворачивал лист, он был хрустящим, гладким и свежим. Теперь он раскладывается бесшумно и мягко, как носовой платок.
Вот почему я ощущал себя в Окленде, будто в коробке с потерянными вещами. Вот почему я нервничаю и боюсь сказать Сэму «привет».
Полгода назад, перед тем как уехать помогать семье справиться с кризисом, я зашел к нему, чтобы отдать ключи. Он отозвался из своей комнаты, что выйдет через минуту, и я, пока стоял в гостиной и ждал, бросил ключи на письменный стол. Я бросил их слишком сильно, и они проехались по поверхности и потянули за собой стопку листов.
Пока я их собирал, мое внимание привлек лист со списком. Не знаю, что побудило меня его прочитать – излишек любопытства, наверное. Но я просмотрел его и в момент, когда дошел до конца, резко втянул в себя воздух, а потом трясущимися руками быстро сложил его и засунул в карман.
С тех пор он со мной.
Он был со мной, когда я поддерживал свою мать в борьбе с раком груди и после операции помогал ей оправиться.
Он был со мной, когда моя сестра сказала нам, что разводится.
Он был со мной, когда мы все вместе уехали в Ореву и бок-о-бок бродили по пляжу.
Он был со мной, когда мы выходили за утренним кофе и на дневные прогулки.
Он был со мной, когда я наконец-то совершил каминг-аут перед семьей.
Он был со мной, когда меня отчитали за то, что я столько времени ждал.
Он был со мной, когда меня спросили, есть ли в моей жизни кто-то особенный, и я, не колеблясь и не раздумывая, ответил им «да».
Он был со мной, когда мои родные потребовали, чтобы я привез его познакомиться с ними.
Он был со мной, когда я не смог признаться, что мой особенный человек не знает о том, что он мой особенный.
Он был со мной, когда мне открылось, что этот человек и его сын – и есть та причина, по которой я так и не переехал в другое место.
Он был со мной, когда после настойчивых маминых приставаний я сдался и ляпнул, что познакомлю ее с парнями, живущими по соседству, на Рождество.
Он со мной и сейчас, пока я спрашиваю себя, как же мне выполнить свое обещание.
Я разглаживаю лист на бедре и перечитываю составленный Сэмом список вещей, которые надо сделать до тридцати. Эти слова значат для меня очень многое. Они наскакивают на меня, заигрывают со мной, умоляют что-нибудь сделать. Они вызывают у меня то улыбку, то грусть, то заставляют нервничать, то возбуждают.
Прочитать книги, которые я должен был прочитать в школе.
Протанцевать всю ночь напролет.
Заработать похмелье, ходить в темных очках и есть сладкие рождественские пирожки.
Пойти с кем-нибудь в ресторан и, когда придет время платить, уйти в туалет.
Сходить на свидание с кем-то на десять лет меня старше.
Пофлиртовать, повеселиться, не влюбиться.
Сделать что-нибудь безумное с волосами.
Поплавать с акулами?
Попробовать спорт.
Сходить на интересные курсы.
Понять Канье Уэста. Кто такой Канье Уэст? Выяснить.
