Неискушенный любовью русских Кошка уже запасся двумя бутылками джина.
- А где твоя древняя немка?
- С ними покончено!
Может, и правда, чем черт не шутит. У Кошки-Серкана взгляд деловой и осмысленный, а любовь с нашей Тигрой совсем преобразила его. После того, как она поцеловала Кошку в нос, он долго не мог поверить, что такое бывает. Может, он женится на нашей Тигре, и у них будет счастливое семейство кошачьих. Должен же состояться хоть один хэппи-энд.
Вместе с Кошкой и Ботиком нас ожидает и щупленький Орхан:
- Чаю? Нет? Кофе? Нет? Джина? Нет!!! Почему бы вам не работать с нами на Watter Sports? Будете зазывать русских туристов, мы же русского не знаем.
Мы дружно морщимся.
- Вот если бы нам надо было бы собирать турецких туристов…это еще ничего, хорошая работка…а с русскими мы работать не будем! Всех распугаем. И с немцами – не будем!!!
Наши турки смеются.
Они выносят круглый стол и устанавливают его посреди песка. Сверху светит полная луна. Как здесь важны и фактурны небесные светила. Что-то не припомню, чтобы в Москве я часто замечала луну или солнце. В городе их просто не видно, за плотными облаками и нагромождением машин, проблем и ресторанов. В городе ты запечатан сверху сургучом, словно почтовая бандероль, которую носит безумный почтальон, позабывший нужный адрес.
И только если посылка дойдет сюда, тебя наконец-то распечатают.
Мы с удовольствием потягиваемся, разминая свои застывшие конечности.
Бесконечный сон в летнюю ночь: полюблю того, кого первого увижу - того, кто меня распечатает!
Без сомнения, нас рассылают боги-шутники.
Времени до того, как мой турецкий «муж» закроет свой магазин, еще много, а здесь на пляже так весело. Кошка включает музыку, Орхан приносит высокие бокалы.
- Откуда они в вашей прибрежной палатке?
- В этой палатке есть все! Вот подумай, что ты хочешь, и скажи! Если я там этого не найду…зато если найду…
Он подбрасывает бровки к небу и делает многозначительные глаза. Хитрющий Орхан - Шер-хан.
- Подумай!
Он садится чуть ли не мне на коленки и тараторит без устали.
- Приезжай ко мне в Измир! У нас так красиво.
- Да уж наслышаны. И море у вас есть. У вас вообще все есть, только женщины made in Russia, made in France, made in Germany!
Мы пьем на брудершафт и целуемся. Каким-то образом я выпиваю не только свой джин, но и тот, что налит у Нифа и у Тигры. Они очень заняты разговорами, не могут понять, когда успели все выпить, и освежают порцию. Все повторяется. Мы с Шер-ханом помираем со смеху и чокаемся в тридцатый раз, только у него в руках почему-то все время пустой бокал.
Откуда-то из небытия звонит телефон. Неуверенной рукой я вылавливаю из сумки возмущенную маленькую технику. Сорок первый вызов. Коджаджим, Кубик, муж!!! Я сбегаю из веселого общества не по-английски, а по-турецки: на ватных ногах, всех расцеловав, под недовольное рычание Шер-хана.
Подбираюсь к дому, там почему-то темно. Из темноты выплывает лицо Кубика, и какие-то решетки, которые бьют меня по лицу. Или это мне только кажется, и мой несчастный муж просто потрясает решетками для мангала у меня перед носом. Он кричит что-то, искал меня по всем местам, ездил в Гюль-бюль-оглы и куда-то еще, и шашлыка мне теперь не видать, потому что я плохо себя веду. А что я такого сделала? Мурлыкаю.
Муж кладет меня в машину, откуда то там появляется его брат Спичка. И чего вечно родственников повсюду таскать? Мы едем на дискотеку «Sammy», потом гуляем по Сиде. Дожевываем дорогой «дюрун» (шаурма в Москве в сто раз вкуснее и дешевле) и возвращаемся домой…
Три часа дня, самое пекло. Я закрываю глаза и слушаю стенания сердца.
Вчерашний вечер надолго запомнится местным жителям. Кубик притащил Спичку к нам домой и в тот же момент, как назло, вернулись с гулянки Тигра и Ниф. Было 4 часа ночи, могли бы и остаться, где были. Спичка же предназначался или одной, или другой. Ох уж эти кузены и кардеши! Каждый норовит пристроить к нам всю свою семью. Крик о пристающей к Нифу Спичке перерос в русско-турецкий скандал и даже драку.