Трейси скинула пальто, все еще не совсем понимая, что только что услышала. Она ждала двадцать лет, но теперь, похоже, все задвигалось очень быстро. Даже трудно уследить.
– Трейси!
– Апелляционный суд удовлетворил ходатайство, – ответила она. – Ноласко только что сообщил мне.
– Каким образом он узнал?
– Не знаю. Мне нужно позвонить Дэну.
Она схватила со стола телефон и вышла за загородку.
– Когда слушания?
– Сама не знаю.
Она поспешила, чтобы успеть в лифт, ища уединенного места, откуда можно было бы позвонить Дэну и обдумать все наедине с собой. У нее было чувство, как будто ее ударили по голове и туман еще не рассеялся. Повторные слушания были платформой, которая требовалась Трейси, чтобы продемонстрировать, что нестыковки в показаниях и доказательствах, допущенные на первом суде над Эдмундом Хаузом, вызывают серьезные сомнения в его вине. Если Дэн сумел заставить судью согласиться, суд будет вынужден объявить новое разбирательство, и для Трейси это будет гигантский шаг к тому, чтобы расследование Сариной смерти было возобновлено.
Пока лифт спускался, она держала глаза зажмуренными. Через двадцать лет. Наконец Сара может добиться справедливости, а Трейси – получить ответы на свои вопросы.
Ничто так не опасно, как максима.
Судья Берли Мейерс решил назначить предварительные слушания в выделенных ему временных помещениях, а не в открытом суде, как он выразился, «из-за значительного интереса СМИ к данному делу». Дэн попросил, и Мейерс согласился, чтобы на слушаниях присутствовала Трейси, хотя судья и заметил, что это необычная просьба для представителя защиты. Он был явно знаком с деталями дела, и изучение Дэном прошлого Мейерса дало понять, что это не случайность.
Более тридцати лет Мейерс был судьей в округе Спокан, в основном заслужив бурное одобрение, пока не ушел в отставку. Ассоциация юристов округа Спокан давала ему высокую оценку за его поведение в зале суда. Дэн также узнал, что и секретарь Мейерса, и его судебный пристав тоже вышли в отставку, не желая работать с другим судьей, что воспринял как хороший признак. Он нашел их номера домашних телефонов и позвонил, чтобы кое о чем расспросить. Они описали Мейерса как человека, который посвящал работе долгие часы, проводил собственные расследования и много дней мучился над своими решениями, хотя и не боялся нажимать на курок. Это было именно то, на что Дэн и Трейси надеялись – умный судья, готовый к непростым решениям. Коллеги также сказали, что Мейерс соблюдал железную дисциплину и не был подвержен влиянию СМИ – вероятно, потому апелляционный суд и попросил его председательствовать на слушаниях.
Трейси села в сторонке, когда Мейерс, скрипя колесиками, выкатил из-за стола кожаное кресло так, чтобы расположиться лицом к О’Лири и Кларку, которые бок о бок сидели на матерчатом диване. В кабинете царила атмосфера строгости, на стенах не было никаких картин или фотографий, и нигде не виднелось ни клочка бумаги. Секретарь Мейерса также говорил, что желание судьи выйти в отставку было вызвано не тем, что ему стало скучно. Он владел ранчо с шестьюдесятью акрами[24] земли, где разводил коров, и сам выполнял там тяжелую работу. Трейси оценила рост Мейерса в шесть футов и четыре дюйма, его лицо обладало суровой внушительностью, с грубой морщинистой кожей человека, который поддерживает форму, чиня заборы, ремонтируя коровники и укладывая кипы сена. Своими серебристыми волосами и голубыми глазами он напомнил Трейси Пола Ньюмана[25].
– Я принял это назначение при одном условии, – сказал судья.
На нем были шлепанцы, и когда он положил ногу на ногу, его синие джинсы приподнялись, открыв носки с ромбовидным узором.
– Моя жена любит солнце и верховую езду. Поэтому я проехал на двуконном фургоне по всем западным штатам в поисках того и другого. Она планирует в конце месяца поехать верхом в Феникс и настаивает на этом, джентльмены. Позвольте вам сказать, моя жена не любит разочарований, и я действительно не хочу ее разочаровывать. Иными словами, я, может быть, одной ногой в отставке, но это не значит, что у меня много свободного времени. Я намереваюсь быстро разобраться с этим делом.
– Защита как раз приготовилась к этому, ваша честь, – сказал Дэн.
Кларк, похоже, был расстроен.
– Ваша честь, у меня в календаре несколько других дел, в том числе грядущий суд.
Мейерс быстро прервал его:
– Сочувствую вашему расписанию, мистер Кларк, но по закону представитель обвинения должен предъявить на слушаниях убедительные доказательства. Я бы посоветовал вам освободить свой календарь и придать этому делу высший приоритет. Что касается запланированного суда, я уже говорил с судьей Уилбером, и он согласился сдвинуть его на месяц.
Кларк вздохнул.
– Спасибо, ваша честь.
