– Марк, я сегодня говорила с профессором права в Вашингтонском университете, и он сказал, что независимо от того, подаст ли Эдвард Хауз гражданский иск за нарушение его гражданских прав, Министерство юстиции может вмешаться само и выдвинуть уголовное обвинение против замешанных в этом деле. Оно может также продолжить расследование того, что же случилось с Сарой Кроссуайт. Так что, похоже, история еще далека от завершения. Эти слушания могли поднять больше вопросов, чем дали ответов. Но сегодня Эдмунд Хауз – свободный человек, как, вы слышали, он сам сказал, в поисках хорошего чизбургера.
– Мария, мы дадим вам укрыться от непогоды, пока ветер не сдул вас прочь, но слышно ли что-нибудь от детектива Кроссуайт? – спросил диктор.
Ванпельт напряглась, когда на нее снова налетел порыв ветра, а когда он миновал, ответила:
– Я говорила с детективом Кроссуайт во время перерыва в сегодняшних слушаниях и спросила ее, чувствует ли она себя реабилитированной решением суда. Она сказала, что дело не в реабилитации. Важно узнать, что же случилось с ее сестрой. В тот момент это казалось долгим делом, и, к несчастью, этот вопрос может так и остаться без ответа.
У Трейси зазвонил мобильник. Она посмотрела на него – звонил Кинс.
– Я только что отправил тебе список по электронной почте, – сказал он. – Он длинный, но с ним можно разобраться. Это тот грузовик с неработающим стоп-сигналом?
– Это
– Мы слышали в новостях, что Хауза освободили.
– Все в шоке, Кинс. Мы все ожидали, что судья Мейерс возьмет дело на рассмотрение и подготовит письменное заключение. Но если бы он не решил сегодня, этого бы не случилось до выходных. А он не хотел, чтобы Эдмунд Хауз провел это время в тюрьме.
– Похоже, доказательства были ошеломительные.
– Дэн проделал большую работу.
– Почему же ты говоришь так уныло?
– Просто устала и думаю обо всем – о сестре, о маме и папе. Слишком много, чтобы сразу все переварить.
– Подумай о том, что сейчас чувствует Хауз.
– Что ты хочешь сказать?
– Двадцать лет в Уолла-Уолле для него долгий срок, чтобы вдруг разгуливать по улицам свободным человеком. Я как-то читал статью про ветеранов Вьетнама, которых послали домой, не дав времени приготовиться. Только что были в джунглях и смотрели, как гибнут люди, – а на следующий день уже дома и разгуливают по улицам родного города. Многие из них не могли с этим справиться.
– Не думаю, что сегодня вечером кто-то станет разгуливать по улицам. Предсказывали снежную бурю.
– Здесь тоже, и знаешь, эти типы не умеют ездить в горах во время снегопада. Сиди в тепле. Я поеду домой, пока эти сумасшедшие полностью не забили дорогу.
– Спасибо за список, Кинс. Я твой должник.
– И заплатишь.
Трейси прервала связь и включила на телефоне приложение, чтобы открыть мейл Кинса. Беглый просмотр присланных материалов показал, что список потенциальных номеров не так уж велик. Она промотала его второй раз, на этот раз быстро просматривая имена и названия городов, где номера зарегистрированы, высматривая что-нибудь знакомое. Она не увидела знакомого имени, но, увидев слово «Каскейдия», остановилась. Автомобиль был зарегистрирован на «Каскейдия-мебель». Она положила телефон в уголок, где Дэн держал свой домашний компьютер, махнула мышкой и ввела имя в поисковик.
– Ого! – сказала она, когда поиск дал примерно четверть миллиона совпадений, и добавила «Седар-Гроув».
Это значительно снизило число совпадений, но их все равно оставалось слишком много, чтобы просмотреть.
– Что еще? – вслух спросила Трейси саму себя.
После этих трех дней ее мозги иссохли. Не в силах придумать никакого дополнительного ключевого слова, чтобы сократить круг поисков, она откинулась в кресле и уже хотела было взять еще пива, когда вдруг вспомнила, что слышала раньше это название. Она заглянула в кухню. В углу стояли коробки с документами, которые она собрала во время своего расследования Сариного исчезновения. Дэну не было нужды каждый день носить их в суд. Она поставила верхнюю коробку на кухонный стол и стала перебирать документы, пока не нашла то, что искала. Сидя за столом, Трейси перелистала страницы стенографического отчета с показаниями Маргарет Джезы на суде. Она прекрасно знала эти показания, изучала их и потому быстро нашла часть, которую искала.
