Анита постаралась сохранить внешнее спокойствие.
– Я же тебе рассказывала. Это была глупая попытка помочь коллеге.
Ненадолго повисла тишина. Морган кивнул про себя, словно получил подтверждение лжи, и склонился к Аните.
– Я проверил ее. Эву Грансетер. Она больше не служит в полиции. Уволилась в 2007 году.
Анита почувствовала, как у нее вспыхнули щеки. Она онемела. Странное ощущение. Привыкнув ловко перемещаться под прикрытием теней, она вдруг оказалась на свету.
– Так я узнаю, что ты затеваешь, – спокойным голосом продолжил Морган. – Или ты предпочитаешь рассказать об этом руководству?
– Нет, – слабо проговорила она. – Я скажу.
– Хорошо, и я хочу знать все.
Морган снова посмотрел на нее с этой новой самоуверенностью. Анита поняла, что ей от него не отделаться. Вероятно, им предстоит много совместных ужинов.
Вопрос в том, кто кого переиграл.
Черт, как быстро требовалось соображать.
Менее минуты назад он стоял на кухне и жарил котлеты, когда раздался звонок в дверь. Убавив огонь и сняв сковородку с конфорки, он вышел в прихожую. Спросил, кто там, напомнив себе, что необходимо обзавестись глазком. Услышал, что это Ванья. Почувствовал, как сердце от радости слегка подпрыгнуло в груди, хотя звучала Ванья довольно мрачно, что улавливалось из короткого ответа: «Ванья». Себастиан сделал глубокий вдох. Наверное, она получила ответ из ФБР и пребывает в отчаянии. Ей требуется утешение. Он открыл.
Она была не в отчаянии.
Она была в ярости.
– Эллинор Бергквист, – скрестив руки на груди, сказала она, едва дверь открылась.
– Что с ней случилось? – автоматически ответил он.
– Ты ее знаешь.
Не вопрос. Себастиан возблагодарил свою счастливую звезду за то, что, услышав имя кратковременной сожительницы, не ответил: «Кто это?»
– Да.
Краткие ответы. Нет смысла вдаваться в рассуждения, пока он не узнает больше.
– Это она принесла материал о моем отце.
Ванья уставилась на него так, как не смотрела на него даже когда ненавидела его всей душой.
Думать требовалось быстро.
Черт, как быстро требовалось соображать.
Он отступил в сторону, приглашая ее зайти. Она сделала два больших шага. Остановилась прямо возле двери, явно не намереваясь снимать обувь или верхнюю одежду.
– Расскажи, – попросил он, чтобы выиграть время.
– Твоя подружка принесла в УБЭП материал, из-за которого задержали отца, так что, пожалуй, будет лучше, если расскажешь ты.
Руки по-прежнему скрещены на груди. Взгляд требовательный. Себастиан решил сказать правду или вариант правды. Максимально близкий, но исключающий некоторые детали. Издав глубокий вздох, он огорченно посмотрел на Ванью. Ему даже не требовалось играть, это могло в одно мгновение разрушить все, что они выстроили за последние сутки.
– Эта мысль приходила мне в голову, но… – Он запнулся и покачал головой. – Я надеялся, что это не так.
– Что значит не так?
Себастиан набрал в грудь побольше воздуха. Надо делать ставку на понимание, и будь что будет. В создавшейся ситуации хуже всего пытаться изворачиваться.
– Несколько месяцев назад Тролле Херманссон пришел сюда и дал мне пакет с расследованием дела Вальдемара.
– Почему? – перебила Ванья. – Почему он дал его тебе?
– Не знаю. Наверное, он знал, что мы иногда вместе работаем, но что я больше не вхожу в Госкомиссию.
– Но почему он вообще проверял отца?
Себастиан пожал плечами. Можно продолжать придерживаться модифицированной правды.
– Если я хорошо знал Тролле, то он брался за те задания, которые ему удавалось получить.
– А ты хорошо его знал?
– Мы вместе работали, но его выгнали раньше, чем я ушел из Госкомиссии. Когда же… лет пятнадцать назад.
– А сейчас, сейчас вы поддерживали контакт?
– Мы иногда виделись. Он был довольно одинок. Знаешь, он развелся, потерял семью. Такого говнюка, как он, мало кто выдерживал.
– Кроме другого говнюка.
– Вероятно.
Ванья замолчала, переваривая услышанное. К своей радости Себастиан заметил, что она слегка опустила руки, немного расслабилась. С одной стороны, хорошо, с другой – плохо. Поскольку самая страшная ярость поутихла и Ванья включилась в разговор, она стала вдумываться и анализировать. В нынешней ситуации для Себастиана это было опаснее. Вопросами начнет управлять ее разум, а не эмоции.
– Но если кто-то дал Тролле задание проверить отца, почему же этот человек не получил материалы расследования? Почему он отдал их тебе?
Трудный вопрос с легким ответом. Потому что задание накопать кучу дерьма про Вальдемара Литнера поручил Тролле Себастиан, но это единственное, чего говорить нельзя ни в коем случае. Пришло время полностью отойти от правды.
– Не знаю, возможно, они не сошлись в цене, возможно, Тролле почему-то разозлился и решил напакостить.
– И поэтому он отдал материалы тебе.
– Да.
Они все время упирались в одно и то же. Вероятно, потому что Себастиан сам слышал, как неубедительно звучат его объяснения. Существовали значительно более правдоподобные варианты развития событий.
Тролле мог пойти в полицию.
Мог уничтожить то, что накопал.
Мог оставить папку лежать в ящике у себя дома.
