Мои опасения подтвердились. Костюм сидел как влитой, будто шился специально на мою фигуру. И с загорелой кожей и блондинистыми волосами смотрелся идеально. Я не готова была с легкостью его снять, расстаться и забыть, но нолики и значок доллара убивали меня без ножа и прочих колюще-режущих предметов, ипотека махала ручкой и трясла бедрами, прямо как я перед зеркалом.
Время шло, Пашка, скорее всего, закипал на скамье ожидания, а я не могла ни решиться потратить кругленькую сумму на действительно непрактичный наряд, ни переодеться обратно. Без жмота было не обойтись, а потому подключила быстро телефон к вай-фаю «Дубай-Молла», повернулась к зеркалу боком со стороны спины, изогнулась так, чтобы выглядеть максимально соблазнительно, но ничего лишнего не показать, сделала фото и отправила его Пашке. Лови, фашист, гранату.
Не знаю, что там с ним происходило так долго, но он молчал минут пять. Посмотреть сообщение — посмотрел, но отвечать — ничего не отвечал. Я уже расстроилась и начала снимать повязки с бедер, когда ответ пришел. В виде денежного перевода. В долларовой валюте.
«Мало», — рискуя здоровьем, ответила.
«Сколько?»
Набрала нолики.
«Это еще или всего?»
«Еще». — Говорят, наглость — второе счастье.
«Что?! Нет! Верни то, что уже отправил!»
Эх, где моя красная помада? Видимо, фото со спины было мало. Пришлось добивать врага еще парой фотографий спереди и контрольным селфи с невинным взглядом и прикушенным красными губами пальцем. В этот раз добился он намного быстрее, чем в прошлый, и вскоре я, стерев помаду и вернув прозрачный блеск, расплачивалась за покупку с улыбкой победителя.
— Что ты там говорил про две шубы? — поинтересовалась, выпорхнув из бутика с новеньким пакетом.
— Что ты там говорила про детей?
— Про каких детей?
— Про наших.
— Ничего не знаю. Я была в состоянии аффекта. — Повернулась и зацокала каблуками по длинному коридору.
Славин привел меня в уютный ресторан с видом на самый высокий небоскреб Дубая. И я ничуть не пожалела, что надела свое единственное приличное платье вечернего покроя и каблуки. Мне предстоял настоящий романтический ужин в красивом месте. Перед нами открывался вид не только на «Бурдж-Халифу», но и на площадь перед «Дубай — Моллом», и на танцующие фонтаны, около которых внизу столпились туристы в ожидании представления. Нам же толкаться в толпе не надо было. И подозреваю, что Славин не просто так не хотел покупать мне дорогой непрактичный наряд. Наверное, хорошо потратился на этот вечер.
— Нравится? — поинтересовался, подойдя ко мне со спины, когда я стояла около панорамного окна и разглядывала множество небоскребов, освещенных огнями и переливавшихся разноцветными подсветками.
Перевела на него взгляд и радостно кивнула.
— Очень красиво. Невероятно.
Он вернул мне довольную улыбку, будто точно так же, как я напитывалась впечатлениями от чудесного вида, наслаждался моими эмоциями.
— Этот отпуск мне запомнится надолго, — заметила, взяв его за руку и в благодарном жесте сжав пальцы. — Спасибо большое за него.
— Я рад, что ты рада.
Я ничуть не лукавила, когда говорила это. Паша смог организовать для меня настоящую восточную сказку. Он выбирал, куда нам отправиться, что посмотреть. Я видела, что он очень старается, чтобы мне понравиться. Пытался вести себя не так, как всегда, чем только смешил и умилял. При выборе места, куда поехать, думал о том, где хотела бы побывать я, а не он. Подозреваю, что если бы отдыхали мы по его программе, то лежали бы целыми днями на пляже, а не путешествовали по стране.
— Ты так говоришь, будто наш отпуск уже закончился. У нас есть еще целая неделя, — заметил он, кивая мне на накрытый позади нас стол.
Лукаво улыбнулась и повернулась в указанном направлении. Мы заняли места друг напротив друга, и я бросила на него взгляд, вспоминая, как мы точно так же сидели за одним столом всего несколько дней назад и он, измазанный в варенье, просил меня рассмотреть его в ином качестве, нежели как друга. Тогда я не поверила, что это возможно. Теперь же думала о том, как сильно ошибалась.
В тот день всерьез размышляла, что я для Паши «удобная женщина», которая будет отличной женой. Теперь же в этом разуверилась. Я была любой, но только не «удобной».
Я уехала в другую страну, и он приехал за мной следом. Тогда не оценила этот поступок, но сейчас задумалась, что приезжать ему было совсем не обязательно. Я ведь вернулась бы через месяц. И даже вряд ли со своими скоростями в развитии отношений нашла бы себе кого-то на пляже. Но Пашка все равно приехал, несмотря на все доводы разума, несмотря на то, что занимал ответственный пост без малого всего полгода и рисковал его потерять, несмотря на то, что у него на носу была «сделка века», над которой он работал не один год, несмотря на свою мечту стать однажды владельцем «Строймира». И всему этому он предпочел выгуливать меня в круизах по морю, по экскурсиям, пляжам и ресторанам. Даже боялся поднять при мне лишний раз трубку телефона.
Я была не просто неудобной. Я была еще и проблемной.
