– Мой долг советского подданного его немедленно арестовать, а меня силою задержали здесь! Прошу меня выпустить сейчас же!
– Слушаюсь, – покорно сказал Стравинский, – я вас не держу. Нет никакого смысла задерживать в лечебнице здорового человека, тем более что у меня и мест не хватает. И я немедленно выпущу вас отсюда, если только вы мне скажете, что вы нормальны. Не докаже те, а только скажете. Итак, вы – нормальны?
Тут наступила полнейшая тишина, и толстая в белом благоговей но посмотрела на профессора, а Иван растерянно еще раз подумал: «Положительно, умен!»
Прежде чем ответить, он, однако, очень подумал и наконец ска зал твердо:
– Я нормален.
– Ну, вот и славно! – с облегчением воскликнул Стравинский. – Ну а если так, то будем рассуждать логически. Возьмем ваш вчераш ний день.
Тут Стравинский вооружился исписанным Иванушкиным лис том.
– В поисках неизвестного человека, который отрекомендовался вам как знакомый Понтия Пилата, вы вчера произвели следующие действия.
Стравинский начал загибать длинные пальцы на левой руке, гля дя в исписанный лист.
– Прикололи себе к коже груди английской булавкой иконку. Бы ло?
– Было.
– Явились в ресторан со свечкой в руке, в одном белье и в этом ресторане ударили по лицу одного гражданина. После этого вы уда рили швейцара. Попав сюда, вы звонили в Кремль и просили при слать стрельцов на мотоциклетках. Затем сделали попытку выбро ситься в окно и ударили санитара. Спрашивается: возможно ли при этих условиях кого-либо поймать? Вы человек нормальный и сами ответите – никоим образом. Вы желаете уйти отсюда – пожалуйста! Позвольте узнать, куда вы направитесь отсюда?
– В Гепеу, – значительно ответил Иван.
– Непосредственно отсюда?
– Непосредственно, – сказал Иванушка, несколько теряясь под взглядом Стравинского.
– А на квартиру не заедете? – вдруг спросил Стравинский.
– Не заеду, – сказал Иван, – некогда мне тут по квартирам разъез жать. Он улизнет.
– Так! Что же вы скажете в Гепеу в первую голову, так сказать?
– Про Понтия Пилата, – сказал Иван, и глаза его вспыхнули сум рачным огнем.
– Ну, вот и славно! – окончательно покоренный, воскликнул профессор и, обратившись к толстой белой, приказал ей:
– Прасковья Васильевна! Выпишите гражданина Попова в го род! Эту комнату не занимать, постельное белье не менять. Через два часа он будет опять здесь: ну, всего доброго, желаю вам успеха в ваших поисках!
С этими словами профессор Стравинский поднялся. За ним под нялись все ординаторы.
– На каком основании я опять буду здесь? – тревожно спросил Иван.
– На том основании, – немедленно усевшись опять, сказал Стра винский, – что, как только вы, явившись в кальсонах в Гепеу, скаже те, что вы вчера виделись с человеком, который был знаком с Понтием Пилатом, как тотчас вас привезут туда, откуда вы уехали, то есть в эту самую комнату.
– При чем здесь кальсоны? – спросил, смятенно оглядываясь, Иван.
– Главным образом, Понтий Пилат. Но PI кальсоны также. Ведь на вас казенное белье, мы его снимем и выдадим вам ваше одеяние. А вы явились к нам в ковбойке и в кальсонах. А домой вы не собира лись заехать. Я же вам своих брюк дать не могу, на мне одна пара. А далее последует Пилат. И дело готово!
Тут странное случилось с Иваном. Его воля пропала. Он почувст вовал себя слабым и нуждающимся в совете.
– Так что же делать? – спросил он тихо.
– Вот и славно! – отозвался Стравинский. – Это резоннейший вопрос. Зачем вам, спрашивается, самому, встревоженному, изнервничавшемуся человеку, бегать по городу, рассказывать про Понтия Пилата! Вас примут за сумасшедшего! Останьтесь здесь и спокойно изложите все ваши обвинения против этого че ловека, которого вы хотите поймать, на бумаге. Ничего нет про ще, как переслать этот документ куда следует. И если мы имеем дело с преступлением, как вы говорите, все это разъяснится очень быстро.
– Понял, – твердо сказал Иван, – прошу выдать мне бумагу, чер нила и Евангелие.
– Вот и славно! – воскликнул покладистый Стравинский. – Пра сковья Васильевна, выдайте, пожалуйста, товарищу Попову бумагу, коротенький карандаш и Евангелие.
– Евангелия у нас нет в библиотеке, – сконфуженно ответила Прасковья Васильевна.
– Напрасно нет, – сказал Стравинский, – нет, нет, а вот, видите, понадобилось. Велите немедленно купить у букинистов.
Тут Стравинский поднялся и обратился к Ивану:
– Попробуйте составить ваше заявление, но не напрягайте мозг. Если не выйдет сегодня, не беда. Выйдет завтра. Поймать всегда ус пеете, уверяю вас. Возьмите тепловатую ванну. Если станет скучно, позвоните немедленно: придет к вам ординатор, вы с ним поговори те. Вообще, располагайтесь поудобнее, – задушевно прибавил Стра винский и сейчас же вышел, а следом за ним вышла и вся его свита.
В это время в кабинете дирекции «Кабаре» сидели и, как обычно, за нимались делами двое ближайших помощников Степы Лиходеева – финансовый директор Римский и администратор Варенуха.
