Он опять взялся левой рукой за трубку, а правой начал записывать то, что говорил в трубку:
– Примите молнию: «Владикавказ Гормилиция Масловскому Се годня до двенадцати часов дня Лиходеев был Москве от двенадцати до… (Близнецов посмотрел на часы) трех на службу не явился по те лефону разыскать не можем Почерк подтверждаю Меры наблюде ния указанным лицом принимаю Финдиректор Близнецов».
«Очень умно», – подумал Варенуха, и тотчас в голове у него гряну ло: «Глупо! Не может он быть во Владикавказе!»
Близнецов же аккуратно сложил полученные молнии и копию со своей, всю пачку положил в конверт, заклеил его, надписал на нем несколько букв и вручил Варенухе со словами:
– Лично сейчас же отвези, Василий Васильевич, и сам изложи дело. Пусть они разбирают.
«Вот это действительно умно!» – мысленно воскликнул Варенуха и спрятал в портфель таинственный пакет. Потом он навертел но мер Степиной квартиры, и Близнецов насторожился, потому что Ва ренуха вдруг радостно замигал и сделал знак свободной рукой.
– Мосье Фаланд? – сладко спросил Варенуха. Близнецов затаил дыхание.
– Да, это я, – ответил в трубке бас.
– Добрый день, – сказал Варенуха, – говорит администратор ка баре Варенуха.
– А! Как ваше здоровье? – спросили в трубке.
– Мерси, – подивившись иностранной вежливости, поблагода рил Варенуха.
– Мне показалось вчера, – продолжал бас, – когда я видел вас в дирекции, что вы выглядели плохо, и я вам советовал бы сегодня никуда не ходить.
Варенуха удивился, Близнецов шепотом спросил: «Что?»
– А, простите, что, товарища Лиходеева нету дома?
– Он поехал кататься за город в машине, сказал, что вернется че рез два часа, – сообщил иностранец.
– Мерси, мерси! – воскликнул Варенуха, в то же время делая ра достные знаки финдиректору. – Итак, ваше выступление сегодня в десять часов с половиной.
– О да, я помню, – ответила трубка.
– Нашелся! – радостно вскричал Варенуха, оставив трубку. – Я так и думал! Уехал за город и, конечно, застрял.
– Если это так, – бледнея от негодования, сказал Близнецов, – то это черт знает что такое! Позволь… но молнии?
– Вспомнил! Вспомнил! – вдруг заорал Варенуха. – В Покров ском есть ресторан «Владикавказ»! Он напился и оттуда и телегра фирует.
– Нет, это чересчур, – озлобившись, заговорил Близнецов, – ну, дорого ему эта поездка обойдется!..
– А как же, Григорий Максимович, пакет нести?
– Обязательно нести, обязательно, – ответил Близнецов.
И опять открылась дверь, и оба вздрогнули. «Она!» – с какой-то тоскою подумал Близнецов. Вошла та самая женщина с сумкой.
На этот раз в телеграмме были слова:
«Спасибо подтверждение Переводите срочно пятьсот гормилицию мне Завтра вылетаю Москву Лиходеев».
– Он с ума со… – начал Варенуха и сел в кресло, не договорив.
Близнецов же позвонил, появившемуся курьеру вручил пятьсот рублей и послал его на почту.
Варенуха в изумлении глядел на финдиректора, до того это не бы ло похоже на него.
– Помилуй, Григорий Максимович, – неуверенно заговорил ад министратор, – по-моему, ты напрасно деньги послал. Он в Покров ском.
– Деньги придут обратно, – веско ответил Близнецов, – а он до рого ответит за этот пикник, – через два часа все будет ясно. Поез жай, Василий Васильевич, не теряй времени.
Варенуха забрал пакет и вышел. Он спустился вниз, увидел, что перед кассой нарастает очередь, узнал от кассирши, что та ждет че рез час аншлага, что публика страшно заинтересовалась черной ма гией, порадовался, поглядел, как кассирша орудует ножницами, тут же у кассы отшил от себя назойливого молодого человека, который просил приставить стул на вечер, и нырнул к себе в кабинетик, что бы захватить кепку.
Лишь только он водрузил кепку на голову, затрещал телефон.
– Да! – пронзительно крикнул Варенуха в трубку.
– Василий Васильевич? – спросил в трубке препротивный гнуса вый голос и продолжал: – Вот что. Вы телеграммы эти никуда не но сите. А спрячьте их поглубже в карман и никому об них даже не за икайтесь.
– Кто это говорит? – яростно заорал Варенуха. – Гражданин, прекратите ваши штуки! Вас сейчас обнаружат! Вы сильно пострада ете! Ваш номер?
– Варенуха, – отозвался все тот же препротивный голос, – ты русский язык понимаешь? Не носи никуда телеграммы, повторять больше не буду.
– Ага! Вы не унимаетесь? – закричал Варенуха, захлестываемый злобой. – Ну, смотрите же! Ой, поплатитесь вы… вы слу?.. – и вдруг понял, что трубку еще до начала его слов повесили и никто его не слушает.
Тогда Варенуха схватил портфель и через боковой выход устре мился в летний сад, примыкавший к зимнему зданию кабаре.
Администратор был возбужден и полон энергии. Теперь он не со мневался в том, что какая-то шайка наглых негодяев проделывает сквернейшие шуточки с администрацией кабаре и что все это связа но с таинственным исчезновением Лиходеева. Желание изобличить злодеев и распутать клубок душило администратора, и, как это ни странно, таинственные происшествия вызвали в нем предвкушение чего-то приятного, что всегда бывает, когда человек попадает в центр внимания, принеся сенсационное сообщение.
