Вторую главу принято называть «Евангелие от Воланда», но это неточное название. В разметке первых глав, помещенной на одной из страниц, записа но: «Евангелие от д[ьявола]». Но и это не первое название главы. Установить полностью название главы трудно, поскольку сохранилось лишь его послед нее слово: «…нисане…», крупно написанное красными чернилами, так же, как и следующая глава. Сохранились и обрывки текста из плана этой главы: «История у [Каиафы] в ночь с 25 на 2[6]… 1) Разбудили Каи[афу]… 2) У Каиа[фы]… 3) Утро…» Характерно, что над всем этим текстом Булгаков крупны ми буквами написал: «Delatores – доносчики».
Глава начинается с рассказа «незнакомца», который «прищурившись… вспоминал», как Иисуса Христа привели «прямо к Анне» (Анна – тесть Каиа фы, низложенный ранее первосвященник, обладавший реальной властью. – В.Л.). По обрывкам слов можно понять, что Иисус подвергся допросу, при этом его обвиняли в самозванстве. В ответ Иисус улыбался… Затем состо ялось заседание Синедриона, но в этом месте пять листов с убористым по черком обрезаны почти под корешок. Можно лишь предположить, что этот текст имел чрезвычайно важное значение для понимания реальной обста новки, сложившейся вокруг писателя в конце 20-х гг., поскольку историчес кие главы прежде всего и имели скрытый подтекст. Видимо, в уничтоженном варианте просматривались реальные фигуры того времени.
Перед самым обрывом текста легко прочитывается фраза: «Я его ненави жу…» Скорее всего, эти слова принадлежат Иванушке, выразившему (очевид но, мысленно) свое отношение к незнакомцу, ведущему рассказ. Что касается реакции Берлиоза на рассказ Воланда, то он, «не сводя [взора с иностранца, спросил] вежливо: – Ну-с… поволокли его…»
Из текста, следующего после обрыва листов, можно легко разобрать, что Синедрион принял решение казнить самозванца, а убийцу Варраввана выпу стить на свободу. Это свое решение Синедрион и передал Пилату.
Реакция Пилата была ужасной. Воланд продолжал свой рассказ:
«Впервые в жизни… я видел, как надменный прокуратор [Пилат] не су мел… сдержать себя… [Он] резко двинул рукой… [и опроки]нул чашу с ор динарным вином. Вино] при этом расхле[сталось по полу, чаша разбилась] вдребезги и руки [Пилата обагрились]…
– Ага-а, – про[говорил]… Берлиоз, с велич[айшим] вниманием слу шавший] этот [рассказ].
– Да-с, – продол [жал]… незнакомец. – Я слышал, к[ак Пилат] прошипел:
– О, gens scele [ratissi]ma, taeterrima [gens!]* – Затем повернулся [лицом к] Иешуа и [сказал, гневно сверк]нув глазами:
– [Благодари т]вой язык, друг, а [не ужасного] человека председателя Синедриона] Иосифа Каиафу…»
Далее описывалась известная сцена вынесения Пилатом приговора Ие шуа. Воланд резюмировал это трагическое событие так:
«Таким образом, Пилат [вынес] себе ужасающий пр[иговор]…
– Я содрогнулся, – пр[одолжал незнакомец]… все покатилось…»
Далее Воланд поведал о Веронике, которая пыталась во время тяжкого шествия на Лысый Череп утереть лицо Христу, и о сапожнике, помогавшем Иисусу нести тяжелый крест, и о самой казни. То есть во второй главе первой редакции сконцентрированы все те события, которые впоследствии были «разнесены» автором по нескольким «историческим» главам. В более позд ние редакции романа не вошел ряд важных эпизодов главы (заседание Сине дриона, шествие Иисуса Христа на казнь и некоторые другие).
Глава третья имеет четкое название – «Доказательство инженера». В ней иностранец наконец представляется друзьям-писателям, назвав себя профес сором Вельяром Вельяровичем Воландом. Действует он по-прежнему в оди ночестве, без помощников. Выступая как дьявол-искуситель, он своими про вокационными выпадами против наивного Иванушки доводит последнего до состояния безумия, и тот разметает им же нарисованное на песке изображе ние Христа. Но Воланд тем самым испытывает не столько Иванушку, сколько Берлиоза, которого призывает остановить своего приятеля. Но Берлиоз, по нимая суть происходящего, уклоняет от вмешательства и позволяет Ивануш ке совершить роковой шаг. За что, собственно, и поплатился. Смерть Берли оза описана в деталях, с жуткими подробностями. Не мог Булгаков простить писательской «элите» полного духовного падения.
Четвертая и пятая главы в названии имели первым словом «Интерме дия…». В разметке глав – «Интермедия в…» (возможно, в «Шалаше» или в «Хижине»). Но для четвертой главы более подходит название «На вед[ьминой квартире]», которое дано автором в подзаголовке. В этой небольшой гла ве рассказывается о некоей поэтессе Степаниде Афанасьевне, которая все свое время делила «между ложем и телефоном» и разносила по Москве все возможные небылицы и сплетни. Именно она распространила весть о гибели Берлиоза и о сумасшествии Иванушки. Исследователи, очевидно справедли во, полагают, что Булгаков намечал «разместить» Воланда именно в квартире Степаниды Афанасьевны, поэтому и глава названа «На ведьминой квартире». Но затем творческий замысел писателя несколько изменился, в результате чего и сама глава бесследно исчезла.
