Пятая же глава, которую условно можно назвать «Интермедия в Шалаше Грибоедова», по содержанию незначительно отличается от последующих ре дакций. Но в первой редакции совершенно иной финал главы. Дежурившие в больнице санитары заметили убегающего черного пуделя «в шесть аршин». Это был Иванушка Бездомный. Более подробно с содержанием этих двух глав * О племя греховнейшее, отвратительнейшее племя! (лат.) можно ознакомиться в «Литературном обозрении» (1991. № 5), где читате лям предложена попытка реконструкции этого текста, подготовленная М.О.Чудаковой.
Следующая, шестая глава «Марш фюнебров» («Марш похоронщиков») больше не встречается в других редакциях, хотя в ней рассказывается о доволь но значительном событии – похоронах Берлиоза. Бежавший из больницы Иванушка появляется на процессии в виде трубочиста, внеся в ее ряды дикую сумятицу. Затем, овладев повозкой и телом друга, он мчится по Москве, сея во круг ужас и панику. От такой езды покойник «вылез из гроба», и у очевидцев сложилось впечатление, что он «управляет колесницей». В конечном итоге ко лесница вместе с гробом сваливается с Крымского моста в Москва-реку, но Ива нушка упав до этого с козел чудом остается жив. В мозгу его смешивается реаль ная действительность и рассказанные Воландом события, из уст его то и дело выскакивают «мудреные» словечки: «Понтийский Пилат», «синедрион»… Как выяснится в других главах, Иванушку вновь водворяют в лечебницу.
Главы седьмая-десятая соответствуют будущим главам «Волшебные день ги», «Степа Лиходеев», «В кабинете Римского» и «Белая магия и ее разобла чение». Правда, от лица потусторонней силы по-прежнему выступает один Воланд, а герои имеют иные имена. Так, председателем жилищного товари щества является Никодим Гаврилыч Поротый; Варьете возглавляет Гарася Педулаев, его помощники – Цупилиоти и Нютон, а Воланд отрывает голову Осипу Григорьевичу Благовесту. Весьма примечательны и некоторые фразы. Так, Воланд именует Гарасю Педулаева «алмазнейшим», а когда тот, вытара щив глаза, не может сообразить, кто же все-таки перед ним, заявляет: «Я – Во ланд!.. Воланд я!..» Но неискушенный в литературе и мистике Гарася так и не может распознать своего собеседника. Кое-что он, видимо, начал сообра жать, когда вдруг оказался над крышей своего дома, а через мгновение очу тился во Владикавказе.
Весьма важное значение имеет глава одиннадцатая, которая, к сожалению, плохо прочитывается, поскольку многие листы в ней обрезаны под корешок. Видимо, это было сделано не автором, а в значительно более позднее время. Главный герой главы – некий специалист по демонологии Феся, плохо гово рящий по-русски, но владеющий имением в Подмосковье. После революции этот специалист многие годы читал лекции в Художественных мастерских до того момента, пока в одной из газетных статей не появилось сообщение о том, что Феся в бытность свою помещиком измывался над мужиками. Это сообщение Феся опроверг довольно убедительно, заявив, что русского мужи ка он в глаза ни разу не видел. Сохранился полностью отрывок конца главы. Приводим его ниже:
«…в Охотных рядах покупал капусты. В треухе. Но он не произвел на меня впечатления зверя.
Через некоторое время Феся развернул иллюстрированный журнал и уви дел своего знакомого мужика, правда, без треуха. Подпись под стариком бы ла такая: «Граф Лев Николаевич Толстой».
Феся был потрясен.
– Клянусь Мадонной, – заметил он, – Россия – необыкновенная страна! Графы в ней – вылитые мужики!
Таким образом, Феся не солгал».
К сожалению, этот многообещающий образ в последующих редакциях ро мана развития не получил. Правда, большая часть второй редакции была уничтожена автором, и поэтому мы не можем сказать, включалась в нее эта
О следующих четырех заключительных главах редакции, почти полно стью сохранившихся, можно лишь сказать, что они не являются центральными и, возможно, потому остались нетронутыми. Именно эти главы публику ются в данном издании. Отметим лишь одну важную деталь: в главе тринадца той «Якобы деньги» в окружении Воланда появляются новые персонажи – рожа с вытекшим глазом и провалившимся носом, маленький человечишко в черном берете, рыжая голая девица, два кота… В главе пока лишь намеча лась их грандиозная деятельность в «красной столице».
С. 25…гражданин Поротый… – Он же Никанор Иванович Босой.
С. 28…троцкистских прокламаций самого омерзительного содержа ния. – Писатель иронизирует по поводу бушевавшей в ту пору «борьбы с троцкизмом», но заодно пользуется случаем еще раз нелестно высказаться в адрес некогда грозного пролетарского вождя.
С. 29. Второй кот оказался в странном месте… – Второй кот появляется и в следующей редакции романа. Видимо, писатель предполагал расширить свиту Воланда, включив в нее еще одного кота, но впоследствии от этого за мысла отказался.
…на коей были вышиты кресты, но только кверху ногами. – Перевер нутый крест – кощунственное отношение к распятию – символизирует ра дость лукавого.
