- Эти чечены вообще уже обнаглели, – сказал Семен. – Мало того, что стольких наших ребят на войне положили, так еще здесь начинают на русских наезжать. – Семен с негодованием сплюнул под ноги. – Ниче, Андрюх, эти уроды за все ответят. Скоро у нас акция намечается: через месячишко где-то устроим дружеский визит в пятнадцатый район. Там гастеров много поселилось, чечены тоже есть. Надо объяснить господам, что Россия не резиновая, и что им здесь не рады.
- Правильно, – поддержал Семена Вадик Вавилов или просто Моня – третий спутник Андрея. Моней его стали называть после того, как он однажды, напившись, во все горло начал орать песню Розенбаума «Скрипач Моня». Вадик был душой компании и постоянно всех веселил различными байками и анекдотами. Моня имел колоссальное сходство с голливудским актером Томом Крузом, правда был рыжим, и с веснушками по всему лицу.
- Не хера им здесь делать. Мы туда вместе с «Единством» пойдем, прикидываю, как чурки удивятся, когда к ним в двери постучатся четыреста бритых пацанов с битами и арматуринами в руках.
Подойдя к местами потрескавшемуся памятнику вождю мирового пролетариата, четверо товарищей присоединились к группе стриженных наголо молодых людей. После продолжительного приветствия каждого из присутствующих группа разделилась на небольшие кучки и рассредоточилась по всей площади. Андрей, Мелкий, Моня и Семен остались у памятника и, присев на постамент, достали из рюкзака пиво.
Общественная организация «НСДРР», что расшифровывалось как Национал-социалистическое движение рабочих России, была молодым, но уже достаточно весомым в городе скинхед-движением. В народе ее называли просто – Русские рабочие, а самих членов движения РРовцами. Андрей попал в ряды «НСДРР» случайно. Как-то возвращаясь поздно вечером домой, он напоролся на группу молодых неонацистов. Если учесть, что в то время Андрей увлекался хип-хоп-культурой и внешне полностью соответствовал своему увлечению, подобная встреча ничего хорошего ему не сулила. Травматических последствий для подрастающего организма помогло избежать то, что одним из скинхедов, подошедших к Андрею, оказался его старый приятель Вадик Вавилов. Они очень дружили в школе, но с переездом Андрея в другой район, связь была утеряна. Вадик узнал Андрея и трогать не стал, зато объяснил, что имея подобное увлечение, он долго в этом городе не проживет. Вскоре, с легкой подачи Вавилова, Андрей начал активно посещать скинхед-тусовки.
Отец Андрея погиб во вторую чеченскую, поэтому он искренне ненавидел кавказцев. Вдобавок Андрей был изгоем и во дворе, и в школе. Он и хип-хопом занялся не от любви к рэпу, а лишь для того, чтобы не чувствовать себя слабым и одиноким. Вавилов познакомил Андрея с Семеном, и тот доходчиво объяснил какие серьезные проблемы испытывает Отечество, и что кроме молодежи вывести страну из тупика никто не сможет. Андрею дали почувствовать себя значимым, и, действительно, как только он стал скинхедом, в школе к нему начали относиться по-другому. Стоило кому-то проявить по отношению к Андрею грубость, как на следующий день с ним разбиралась толпа бритых отморозков, не знающих ни жалости, ни страха. Андрей все больше и больше проводил время среди РРовцев и вскоре окончательно убедился в правильности идей этих ребят. Один раз он даже участвовал в набеге на рыночные палатки азиатов, благо, мать об этом ничего не узнала. А однажды Андрея взяли на стрелку с другим крупным скинхед-движением «Единство России», но тогда все обошлось без насилия, и организации, разделив город на сферы влияния, мирно разошлись.
Весь состав движения, а это двести с небольшим человек, был разбит по десяти районам города. Вместе собирались только на силовые акции, марши и еженедельные слеты. РРовцы ежедневно тусовались небольшими группами, чтобы лишний раз не общаться с патрулирующими район милиционерами. Ничего особенного на таких встречах не происходило, чаще всего просто пили пиво или что покрепче, гоняли скейтеров и разных неформалов, пели патриотические песни. Курить, в том числе и наркотики, членам движения строго запрещалось. После подобных тусовок Андрей всегда возвращался домой пьяным, что обостряло и без того непростые отношения с матерью. Он не хотел отставать от своих приятелей ни в чем, и больше всего боялся показаться им слабаком. Андрей старался пить наравне со всеми, но из-за плохого вестибулярного аппарата, да и в целом не особо крепкого здоровья, это влекло за собой неприятные последствия.
- Завтра вечером состоится сход на даче у Сергея Карловича, – сказал Семен. – Ты уже полгода в движении. Если настроен серьезно, то у тебя будет шанс пройти посвящение.
- А что для этого нужно сделать? – спросил Андрей, чувствуя, как по его телу пробежали сотни маленьких искорок волнения.