— Я сначала подумал, что дело в духах… Что они — легкомысленные, и такие… расхолаживающие. Или в помаде. Потому что губы были такие… В общем, работа ум не шла. А когда ты улыбалась — всё. Рабочий день насмарку. Какое-то время я надеялся, что дело в этом. Но потом ты пришла в своем этом жутком розовом кошмаре! И этот отвратительный запах!
— И что? — теперь мне было очень интересно.
— И ничего, — буркнул он. — Ничего не изменилось. Я все равно предпочитал смотреть на тебя, а не на отчеты.
Ну раз пошла такая пьянка и у нас тут минутка откровенности, надо ковать железо, пока оно мягкое и пластичное.
— А беготня по этажам, которую ты мне устроил? — я с подозрением уставилась на него. — Это чтобы поработать хоть немного в мое отсутствие?
Я практически бросала ему спасательный круг. Но Глеб им не воспользовался.
— Нет, — признался он. — Это… Мне показалось странным, что претендентки сбежали. И я решил посмотреть запись… В общем, я был зол на тебя.
Отвратительно! Зато честно.
— Тебе говорили, что ты мстительный негодяй?
Любого другого такое обвинение заставило бы сгореть со стыда. Но только не Глеба. Он даже не задымился, лишь пожал плечами:
— Ну знаешь ли… Что я бью подчиненных и слаб по мужской части, мне тоже до этого не говорили.
И все-таки глаза его как-то нехорошо заблестели. И что-то мне подсказывало, что к этому вопросу мы еще вернемся. Например, вечером. На душе сразу стало тепло и хорошо. Потому что у нас будет этот вечер. И много других вечеров…
А в следующий момент стало еще лучше. Потому что Глеб обнял меня за плечи, крепко прижал к себе и решительно поцеловал. Словно выдавал аванс, намекающий на стопроцентное вознаграждение ночью.
Из его кабинета я вышла ужасно довольная. Даже мисс Идеальный секретарь показалась мне вполне приятной дамой. Она строго взглянула меня, впрочем, не выдав своей заинтересованности. Я уже миновала приемную, но, оказавшись на пороге, повернулась и многозначительно сказала:
— Поднимите, пожалуйста, жалюзи. Глеб Юрьевич любит, когда в помещении много солнечного света. И следите за кофемашиной. Ее нужно раз в неделю протирать влажной тряпочкой.
Ну вот, теперь все. Я шагнула через порог и направилась к лестнице. Пройдусь, пожалуй, пешком. Кто знает, когда будет время заглянуть сюда снова. Кажется, у меня найдется немало дел вне этого офиса. В моей новой жизни. В моей новой прекрасной жизни.
Я брякнула на пол гостиной несколько внушительных пакетов. Фух, еле дотащила. Но оно того стоило. Мне нужно во что бы то ни стало спасать наши с Глебом отношения.
Нет, пока все шло прекрасно, даже замечательно. Но, учитывая, как расставлена мебель у нас в доме, это ненадолго. Ну вот как может спокойно циркулировать энергия Ци, если диван так плотно прижат к стене? Да никак! А без нее ни тебе карьеры, ни семьи, ни счастья. Хорошо еще, что я вовремя успела записаться на онлайнкурс по фэншуй, и могу все исправить.
Недолго думая, я сняла со стены картину с изображением каких-то кубиков и треугольников, из которых складывались тела людей. Глеб обожал эту картину. Кто-то из кубистов, то ли ученик самого Пикассо, то ли большой его поклонник. Фамилию я никак не смогла запомнить. Не удивлюсь, если узнаю, что у художника личная жизнь так себе сложилась. Острые углы — это вам не шутки!
На место опасной картины я водрузила новую. На ней мирно цвели пионы, над которыми летали две бабочки. Это к счастливой любви. А позолоченная рамка будет способствовать процветанию. Надеюсь, Глебу понравится.
Отдыхать было некогда. Я достала из сумочки компас и сосредоточенно уставилась на циферблат. Вот ведь, так и знала! И тумбочка, и зеркало и диван стоят неправильно. Вот сами засоряем себе зону любви, а потом удивляемся, что это любимый морщится, когда твой супчик ест.
С этим надо было срочно что-то делать. Я вытащила на середину комнаты тумбочку. Это она, зловредная, нарушала гармонию в наших отношениях. Ну ничего, сейчас перетащу на ее место диван, и все у нас будет лучше прежнего. Главное, вплотную к стене не ставить.
Ухватив деревянный подлокотник, я потянула на себя громоздкий предмет мебели. Не тут-то было! Этот упрямец не желал вставать на новое место. Но сдаваться я была не намерена, плотно сжав зубы, я предприняла очередную попытку вытащить его из угла.
— Что тут происходит? — раздался голос за спиной.
Ну вот, опять не успела завершить все дела к возвращению Глеба. Я тут же оставила диван в покое (на время!) и подбежала к своему мужчине. После законного поцелуя, он решил вернуться к разговору.
— Так в связи с чем перестановки? — спросил он, с интересом разглядывая инсталляцию из мебели посреди комнаты.
— Освобождаю пространство для энергии ци, — бодро отрапортовала я. — А то она у нас плохо циркулирует.
Брови Глеба удивленно взметнулись вверх.
— Вот как? — изумился он. — А я думал, у нас все отлично циркулирует.
