Я просто… так устала от нее и подобных ей людей, которые не считали меня достойной. Достойной любви и такого потрясающего парня, как Крис. С самого начала она сомневалась, что у меня с ним могли быть отношения. Она подумала, что я выиграла свидание с ним. А теперь она с помощью своих денег именно это и делала, как будто пыталась доказать, что Криса можно купить.
Продать моего парня моему врагу?
Фу. Именно поэтому я не хотела устраивать дурацкий аукцион холостяков. Я даже перекрыть ее ставку не могу, я же организатор аукциона, ради всего святого. Не говоря уже о том, что у меня и денег-то таких нет, даже на благотворительность.
– Двадцать тысяч. Раз…
Голос Лулу разрезал напряжение, повисшее в воздухе.
– Двадцать две тысячи!
Все разом ахнули.
У нее в руке был телефон, экран которого светился. Надеюсь, она не проверяет свой банковский счет, чтобы удостовериться, что у нее вообще есть такие деньги. Я бросила взгляд на Криса, и если бы я не знала его так хорошо, я бы на самом деле решила, что ему плевать на все происходящее, потому что он стоял, уткнувшись в свой телефон.
Пожалуйста, пусть это окажется их заговором.
Он на долю секунды взглянул на меня и едва заметно кивнул. Я слегка ослабила хватку на молотке.
– Двадцать две тысячи долларов от Лулу, – объявила я, не в силах скрыть облегчение в голосе. Но роль, которую я играла, обязывала меня спросить еще раз: – Я слышу «двадцать четыре»?
Рэйчел прищурилась, на ее лице были видны раздражение и сомнения.
– Двадцать три тысячи, – выпалила она.
Толпа загудела. Для всех это оказалось еще интереснее, чем просто модный благотворительный вечер в резиденции Мэннивеев. Я снова посмотрела на Лу, взглядом умоляя ее поднять ставку.
Она подмигнула мне и стала играть свою роль.
– Уф, будет нелегко, но да, давайте поднимем до двадцати пяти.
Мы будто смотрели теннисный матч, все взгляды снова переметнулись к Рэйчел в ожидании ее ответа. Со своего места она не могла видеть то, как Лу мимикой общается со мной.
Рэйчел вздернула подбородок и закатила глаза так, словно ставка в двадцать шесть тысяч была ниже ее достоинства.
– Давайте покончим с этим. Тридцать тысяч долларов.
Пресвятой Иисус.
– Тридцать тысяч? Ого, Рэйч. Когда тебе что-то нужно, ты не остановишься, да? – тут же выпалила Лулу. – Но когда я сказала, что будет сложно, я имела в виду тебе, а не мне. Пятьдесят тысяч долларов.
Рэйчел замялась; она переводила взгляд с Лулу на Криса, с него на меня, пытаясь вычислить, не сговорились ли мы втроем. Но Крис все еще смотрел на экран своего телефона, будто ему было смертельно скучно, а я стояла в лучах прожектора, так что не очень-то много могла сделать. Я пожала плечами и, изо всех сил пытаясь стереть улыбку с лица, спросила:
– Я слышу еще ставку?
Она сощурила глаза, глядя на меня, но развернулась, направилась к бару и схватила бокал шампанского.
– Пятьдесят тысяч долларов. – Ого, это очень много денег. Больше, чем я зарабатываю за год. Но, наверное, это было немного для того, кто зарабатывает больше за один субботний вечер, профессионально играя в футбол. И все же я должна была придумать, как отблагодарить его. В моем сознании промелькнуло несколько картинок. И ни на одной из них он не был в штанах.
– Раз, два, продано Лулу за пятьдесят тысяч долларов!
Удар молотком, и толпа взорвалась аплодисментами. Одна эта ставка превосходила сборы любого класса за любой год на Медоносном благотворительном вечере выпускников, насколько мне было известно. Я передала микрофон Мари, которая готовилась представить следующий лот. Она улыбнулась мне и подмигнула.
Я сошла со сцены, и Лулу бросилась ко мне.
– Что вообще было? – Я говорила тихо, чтобы никто не услышал. И нацепила притворную улыбку, чтобы все решили, что я поздравляю Лулу. – Скажи, что это все Крис, потому что у тебя нет таких денег, и я уверена, Рэйчел заметит, если ты не заплатишь.
Крис подошел ко мне сзади и обхватил меня за талию, притягивая к своей груди. Он наклонился и нежно прошептал мне на ухо:
– Некоторые вещи слишком важны, чтобы оставлять их на волю случая.
Лулу широко улыбнулась. Она даже не попыталась говорить тише.
– Иногда нужно подкреплять слова деньгами. К тому же Мина большая фанатка Криса. Так ведь, дорогая?
Мина фыркнула.
– Огромная.
Я заметила, что на нас сквозь толпу надвигается Рэйчел, и большинство гостей смотрели в нашу сторону, а не на сцену, где объявляли очередной лот. Рэйчел изогнула губы в улыбке, которая должна была выглядеть радостной, но ее взгляд… все еще был острым как лезвие. Я знала этот взгляд и остерегалась его.
– Ого, Лулу, вот это ожесточенная борьба, – сказала Рэйчел, когда подошла к нам. – Ты, наверное, сильно хочешь побывать на футбольном поле.
Лулу широко улыбнулась.
– Ты даже не представляешь, насколько.
– Ну тогда поздравляю, – сказала Рэйчел и внезапно перевела взгляд на Криса, который обнимал меня за талию, словно защищая. – Будет круто провести столько времени с таким талантливым квотербеком. – Ее голос зазвучал вкрадчиво, когда она подошла ближе к Крису: – Я уверена, что он сможет научить тебя парочке… техник.
