Я как будто увидел кусочек нашего будущего, в котором нам не нужно никому ничего доказывать. Сегодня мы выходим на игровое поле, но после этого последнего матча перед нами будет вся наша жизнь.
Рэйчел понятия не имела, против кого играет.
Мы приехали на пикник, в воздухе витали непринужденные разговоры и смех. Ряды столов были накрыты клетчатыми скатертями, множество блюд были призваны продемонстрировать кулинарные умения одноклассников Трикси. Предполагалось, что сегодняшнее мероприятие будет менее формальным, чтобы те, кто успел восстановить связь друг с другом, могли еще немного пообщаться, прежде чем разъедутся. По крайне мере те, кто не застрял в своих лучших временах, которые уже прошли.
Мы блуждали в толпе, останавливаясь поболтать то тут, то там. Трикси представила меня своей любимой учительнице-монахине, жизнерадостной женщине с заразительным смехом. Мы прошли дальше, чтобы поздороваться с другими, и к этому моменту я уже ощущал себя гораздо больше просто парнем Трикси, чем спортивной звездой. Никто из ее одноклассников или их семей не смотрел на меня так, будто я какое-то божество, спустившееся со своего небесного трона на землю, чтобы удостоить их своим присутствием. Я был таким же парнем, как остальные. Было странно и непривычно, но мне понравилось.
Большинство присутствующих пришли сюда с семьями, и по ощущениям было похоже скорее на наши посиделки с командой, чем на пышные мероприятия последних дней, целью которых было впечатлить собравшихся. Ума не приложу, почему они не сделали все вечера в таком стиле.
Но больше всего мне нравилось видеть, как Трикси увлечена и счастлива. Она по-настоящему отбросила горечь своих школьных лет, и это было видно. Я хотел предложить взять что-нибудь из аппетитных блюд, но встретился взглядом с Рэйчел, которая наблюдала за нами издалека.
В отличие от дружелюбных улыбающихся лиц, которые мы встречали повсюду, ее лицо было ледяным, а в глазах затаилось что-то недоброе. Она стояла, окруженная своими приспешниками, среди которых был и Мудацкий Энтони с ухмылкой, выбесившей меня даже на расстоянии сотни ярдов[24]. Рэйчел явно ощущала себя главной в кучке этих людей, которые ловили каждое ее слово.
Она наклонилась к ним ближе и шепотом сказала что-то, что я не мог слышать, но мог чертовски хорошо догадаться, о ком она говорила. Атмосфера в их группе изменилась, ее приспешники перешли на шепот.
Энтони что-то показывал им на экране своего телефона. Увидев, что я смотрю, он быстро убрал его и дернул подбородком в нашу сторону, чтобы привлечь внимание Рэйчел к нам.
По телу Трикси пробежала волна напряжения. Она тоже заметила пристальный взгляд Рэйчел. Это был взгляд, который так и говорил: «Я вижу тебя, а ты видишь меня?» Я хотел увести Трикси подальше от этого токсичного облака, но она только крепче сжала мне руку. Она была готова.
Рэйчел, должно быть, почувствовала, что ее молчаливая провокация достигла своей цели, потому что уголки ее губ поползли вверх.
Я напрягся, все мои инстинкты призывали меня загородить собой Трикси. Рэйчел была штормом, и я даже отсюда чувствовал, как меняется атмосферное давление.
Рэйчел, видимо, решила, что ее момент настал. Оторвавшись от своей шайки, она подошла к нам, и ухмылка, которая только зарождалась всего секунду назад, расцвела буйным зубоскальством.
– Так-так, смотрите-ка, кто здесь у нас. Беа и ее… друг детства.
Рэйчел встретилась взглядом с Трикси, и будто выключатель щелкнул. Ладно, возможно, она еще не в полной мере перестала реагировать на язвительность Рэйчел.
Трикси сделала глубокий вдох. Я видел, как холодеет ее взгляд, практически ощущал энергию, которая сгущалась в ней для противостояния.
– Знаешь, Беа, кое-кто слышал тебя и твоего… парня в раздевалке вчера вечером. Очень… оживленные звуки, должна сказать. – Рэйчел склонила голову на бок, ее глаза злобно сверкнули. – Тебе следует оставить подобное для спальни. Школа не подходящее место для таких занятий.
Конечно, это Рэйчел шпионила за нами. Наверное, подслушивала под дверью, как настоящая старшеклассница.
У меня сжались челюсти, и я, прищурившись, злобно посмотрел на эту неисправимую стерву. Меня учили, что оскорблять женщин плохо, но Рэйчел чертовски заслуживала этого. Я внутренне порывался выступить против нее, поставить на место. Но почувствовал, как Трикси сжимает мою руку, удерживая меня. Это была ее война, а раз так, я приготовился быть ее драконом на случай, если я ей понадоблюсь.
Лулу, которая никогда никуда в жизни не опаздывала, приехала на пикник поздно. И все же она успела как раз вовремя. В тот самый момент, когда Рэйчел подошла ко мне, и Лу тоже оказалась рядом. Возле меня стояли мои два лучших друга, а внутри царило новообретенное спокойствие, и я была готова к гребаной схватке.
И они вдвоем тоже. Я почувствовала, как Крис подался вперед, и увидела, что он очень хочет защитить меня. И если бы я разрешила, Лу вырвала бы ребра Рэйчел в стиле «кровавого орла»[25]. Ее слова были крепче мьельнира[26].
Я обратилась к ним обоим:
