— Уважение и смирение, основы любого воспитания, разве нет? Тебя разве не учили уважать и слушать старших? — он усмехнулся. — Я старше тебя, вот и слушай, а то накажу.
— Значит, если я буду проявлять уважение и покорность, мне больше не причинят боли?
Мужчина вернулся к постели и снова сел рядом:
— Я всегда справедлив, Джуман. Если нужно наказать раба за провинность, я делаю это. Ведь страх перед болью иногда спасает ему жизнь. И ты тому прямое подтверждение, разве нет? — я прикрыла глаза, признавая его правоту. — Послушание с твоей стороны, отсутствие наказания с моей. Даю слово.
Я вспомнила последние сказанные мне слова капитана: «Если хотите жить, покоритесь». Я хотела жить:
— Тогда я тоже дам слово, что буду стараться проявлять к вам уважение.
— Я заключаю сделку с женщиной? Немыслимо! — воскликнул он и снова рассмеялся.
Глядя на этого жизнерадостного мужчину сейчас, я не могла поверить, что он же раньше мог отдать приказ спалить корабль с людьми на борту. А говорил, что справедлив? Чем они заслужили такую страшную смерть? Я никогда не забуду того жуткого пламени и смертельного гула, и не стоит забывать, кто поджег фитиль.
Я почувствовала, как горячие руки прикасаются к моей коже, вырывая из сна. Я резко встрепенулась и испугалась, и тут же услышала успокаивающий шепот за спиной:
— Ш-ш-ш-ш, тихо, Джуман. Это твой господин.
Реальность каменной глыбой обрушилась на меня. Я закусила губу, чтобы не закричать. Мужская ладонь по-хозяйски прошлась по моей шее, ключицам и сжала грудь. Я зажмурила глаза, отстраняясь от всего, что происходило, и тут же услышала его тихие слова:
— Не бойся, моя жемчужина, расслабься. Этой ночью ты станешь женщиной, и до конца осознаешь, кому теперь принадлежишь, — мне стало противно от его слов, но я постаралась расслабиться, чтобы не разозлить мужчину. — Вот так, послушная рабыня, — сказал он удовлетворенно и сжал другую грудь, а потом наклонился и прикусил кожу на моей шеи. Я неосознанно попыталась отстраниться, он не позволил, теснее прижимая меня к себе: — Не сопротивляйся мне. А то мне придется тебя связать, чтобы ты не навредила самой себе.
От перспективы быть обездвиженной я замерла на месте, позволяя ему трогать мое тело, где вздумается. Вскоре его руки спустились к животу, а потом и вовсе скрылись в развилке моих девственных бедер. Я сильнее сжала ноги, и тут же услышала его приказ:
— Раздвинь бедра, пусти меня.
На такое я уже не могла пойти и сжала бедра сильнее и тут же почувствовала увесистый шлепок по ягодице:
— Делай, что велят, Джуман.
— Прошу, остановитесь, — не удержала я мольбы, но все было тщетно, его рука схватила мои волосы и потянула назад, заставляя запрокидывать голову. Он навис надо мной и угрожающе спросил:
— Забыла, кому принадлежишь?
Я отрицательно покачала головой.
— Не слышу.
— Нет.
— Кому ты принадлежишь?
— Вам, господин, — тихо прошептала я, вспоминая жестокий урок покорности на палубе.
— Мне. И никогда не забывай об этом. А сейчас делай, что велят. Раздвинь ноги.
Я подчинилась, и его рука тут же накрыла мою плоть, а пальцы стали натирать чувствительное место. Я прикусила губу, сдерживая крик протеста, что рождался внутри. Он не остановится, а только накажет, если я стану сопротивляться. Мужчина ослабил захват на моих волосах, а его губы снова начали целовать и покусывать мою шею. Пальцы, что терзали мою плоть напротив, начали давить сильнее и ускорили темп. Мне показалось, мужчина чего-то ждал от меня, но, не дождавшись этого, через минуту разжал руки и чуть оттолкнул меня от себя:
— Совсем неопытная, — был его приговор.
Мне было все равно что он думает обо мне, лишь бы не трогал. Я прикрыла глаза и понадеялась, что он оставил меня в покое. Но мужчина снова прикоснулся ко мне, неспешно поглаживая бедро. Мне было неприятно его прикосновение, но я взяла чувства и эмоции под контроль. Я ведь обещала подчиняться. Его ладонь двинулась дальше и вскоре уже гладила мой живот.
— У тебя нежная кожа, — сказал Гафур, продолжая поглаживать ладонью мой живот. Вторая его ладонь тронула мое плечо, и мужчина повернул меня на спину. Я втянула воздух, от боли в спине, но промолчала. Мужская ладонь легла на мою грудь и несильно сжала. Я прикусила губу и прикрыла глаза, отворачивая лицо, стыд не давал мне покоя.
— Смотри на меня, Джуман, — велел он тихо, но в голосе была сталь.
Я повернула голову и распахнула глаза и тут же его рука нырнула в развилку моих бедер и стала нежно потирать. Я непроизвольно сдвинула ноги, стараясь уйти от неприятной ласки, он мужчина решительно раздвинул мои ноги свободной рукой, и придавил к кровати:
— Ты обещала быть покорной. Никогда не нарушай своего слова, в будущем это может сыграть в твою пользу.
Его рука на моем лоне ускорилась, и я сжала кулаки, от неприятных ощущений. Чего он медлит, пусть делает, что задумал и оставит меня, наконец, в покое.
— Расслабься, Джуман. Я не причиню лишней боли.