Дверь в кабинет Дебс была закрыта, и Виктория решила выпить кофе и подождать. Оливер отсутствовал, и она чувствовала себя свободно. Если они и виделись с прошлой недели, то лишь мельком. Но, открыв дверь в кухню, Виктория увидела Оливера и с удивлением уставилась на него. Он стоял рядом с кипящим чайником и задумчиво смотрел на пар, вырывающийся из носика.
– О! А я думала, что здесь никого нет! – Виктория покраснела – это случалось постоянно, когда они пересекались в последние дни. Ей до сих пор было неудобно за свою ошибку.
Чайник выключился, и Оливер открыл банку с растворимым кофе.
– Хочешь кофе? – спросил он, указав на чашку, которая стояла на столе.
– Я сама приготовлю, – ответила она, не желая причинять ему неудобство.
По его лицу пробежала тень. Печаль? Боль? Неужели Оливер обижается из-за какой-то дурацкой чашки кофе? Виктория чувствовала себя неловко.
– Я не хотела…
Он налил воду в свою чашку и мрачно произнес:
– Все в порядке!
В крохотной кухне даже при открытой двери было очень тесно. Оливер достал из маленького холодильника, спрятанного под столешницей, бутылку молока.
– Дебс рассказала мне, что Ральф успешно сдал экзамены. – Его голос не выражал никаких эмоций, и он смотрел не на Викторию, а на чашку, стараясь не пролить молоко. – Ты очень рада?
Она все еще медлила, стоя у полуоткрытой двери. Все равно в кухне не было места для двух человек. Оливер взял чашку, развернулся и произнес:
– В чайнике много воды…
Он был в чистой сорочке в красно-белую полоску, рукава закатаны, две верхних пуговицы расстегнуты. Они стояли в двух футах друг от друга, и Виктория неожиданно остро ощутила его присутствие рядом. От пара сорочка слегка прилипла к его телу и подчеркивала стройную, подтянутую фигуру. Они с Викторией были почти одного роста, но плечи у Оливера гораздо шире. Она чувствовала исходящее от него тепло, смешанное с ароматом мыла. Оливер поймал ее взгляд и, казалось, застыл в вопросительном ожидании. Виктория смущенно опустила голову, не в силах понять, почему у нее вдруг вспотели ладони и заколотилось сердце?
– Однажды ты говорил мне, – начала она, уставившись на свои туфли восьмого размера и стараясь, чтобы ее слова не прозвучали бестактно, – что встречаешься с кем-то? Как у вас дела? – Шокированная собственной наглостью, Виктория изо всех сил вдавила ногти в ладони.
Оливер поставил на стол чашку с горячим кофе и пригладил волосы.
– Что? Ах, ты об этом. Мы с Розанной встретились несколько раз, но у нас ничего не получилось. Мы очень давно друг друга знаем, а она любит командовать, – объяснил он и усмехнулся.
– Розанна? Та женщина, с которой я познакомилась у тебя дома? – Виктория вздрогнула, вспомнив наглость и самонадеянность Розанны и то, как она поставила ее в неудобное положение.
Оливер кивнул:
– Мне не следовало звать вас обеих, но тогда я считал, что это хорошая идея. Честно говоря, после того вечера я перестал приглашать Розанну куда-либо. Она немного расстроилась, но, надеюсь, переживет. В тот вечер я увидел ее с другой стороны, которая оказалась совсем не привлекательной. По-моему, она ревновала.
– Ревновала? К кому?
– К тебе! – Вопрос удивил его.
Эта идея была настолько нелепой, что Виктория чуть не расхохоталась.
– Ко мне? С какой стати?
