– Потрясающая идея! Раз уж мы решили, что не следует тянуть со свадьбой, будет хорошо, если вы вместе пойдете к алтарю. Вы ведь почти как сестры!
Кэт принялась жевать губу.
– А как же Рик? – Она думала о приглашениях с цветами и пыталась представить себя в пышном белом платье с кружевом. – Вдруг он не хочет, чтобы кто-то помешал ему наслаждаться этим днем!
Рик покачал головой:
– Ни в коем случае! Вместе веселее.
Кэт увидела белые атласные туфли с острыми носами и забавную маленькую сумочку белого цвета, расшитую кристаллами, на длинной золотой цепочке. Но зачем нужна сумка, в которую ничего не положишь?
– Правда, она чудесная? – спросила Трейси. – И вот еще, взгляни! – Она подняла с пола большую соломенную шляпу с широкими полями, обвязанную бело-голубым шарфом. – Мне кажется, она подойдет к костюму, который я надену в свадебное путешествие. – Нацепив шляпу, она склонила голову набок. – Что скажешь?
Кэт молчала. Трейси в ней выглядела нелепо – эта шляпка скорее для мисс Маффет, героини известного детского стишка.
Трейси нахмурилась:
– Считаешь, она меня старит? Тогда я могла бы отдать ее маме. А в чем твоя мама пойдет на свадьбу? Мы с тобой будем в одном стиле. Может, и им подобрать похожую одежду? – Она сняла шляпу, бросила ее на пол и крепко обняла Кэт, прижав к своей полной груди. – О, Кэт! Это мечта, ставшая реальностью! Мы сможем вместе купить наряды для медового месяца. Это будет так весело!
– У меня нет денег на одежду и все остальное, – произнесла Кэт, высвобождаясь из объятий подруги. – Я сейчас на мели.
Джарвис обнял ее за плечи.
– Не волнуйся! У меня отложено немного. Кстати, лучше сшить платья, а не покупать. Если не получится найти дешевую ткань, можно было бы взять тюль.
Кэт недовольно посмотрела на него, а Рик и Трейси расхохотались.
– Я шучу! Никогда не представлял тебя в роли белошвейки.
Трейси принялась собирать вещи с пола и складывать их на диван, а Рик с хитрым видом подмигнул Джарвису.
– Я думаю, нам не следует мешать девушкам, как считаешь? Давай подышим свежим воздухом?
Джарвис взглянул на Кэт, но она в ответ лишь захлопала глазами. Кэт понимала, что оказалась в тупике, не знает, как из него выбраться, и ее бросает из стороны в сторону.
– Не возражаешь, если мы прогуляемся немного?
– Что? Да, конечно. Иди!
Почему он ее об этом спрашивает?
Трейси захлопала в ладоши.
– Тогда отправляйтесь в паб. Вам нечего здесь делать, когда мы обсуждаем свадебные платья.
Она взяла стопку одежды с дивана и отправилась с ней в спальню, и Кэт нагнулась, чтобы помочь ей. Рик и Джарвис уже стояли у двери.
– На следующей неделе в тот день, когда магазины будут открыты допоздна, нужно сходить и присмотреть нам кольца на помолвку, – сказал Джарвис. – Самые лучшие – от банок кока-колы.
Рик захохотал.
– Да, – кивнула Кэт, не сводя глаз с двух маленьких коробочек для украшений, предназначенных для подружек невесты, которые она держала в руках. – Кольца на помолвку. Это было бы замечательно!
Когда Ральф вошел в кухню, Виктория стояла, наклонившись над Саломеей, и насыпала ей хлопья в тарелку. Она все еще была в халате, и ее непослушные волосы торчали во все стороны, как после взрыва. Виктория подняла голову, пытаясь по выражению его лица догадаться о том, что произошло. За это время она и словом не обмолвилась о результатах выпускных экзаменов, но сегодня был решающий день.
Губы Ральфа кривились, лицо было печальным. Виктория почувствовала разочарование. И, как она ни старалась, скрыть это чувство было невозможно.
– Угадай?
Она схватилась за край стола обеими руками.
– Я поступил в Бирмингемский университет! Две отличные оценки и одна хорошая! – Сын расплылся в улыбке.
Виктория ждала подтверждения, и он кивнул.
– Я только что проверил.
Значит, Ральф пытался разыграть ее. Она вскрикнула, подскочила и, подняв руки и пританцовывая, пошла вокруг стола к сыну. По пути столкнула упаковку с хлопьями, и они разлетелись по кухне. Саломея не понимала, что происходит, но с радостью присоединилась к веселью.
– Ты сделал это! – воскликнула Виктория и бросилась обнимать сына – хлопья захрустели под ногами. – Я так рада за тебя!
– Что он сделал? – поинтересовалась Саломея, обнимая мать и брата. – Что такое Бирмингем?
Виктория немного успокоилась и отстранилась от сына. Ведь Ральф сказал только, что поступил, но намерен ли он там учиться? Конечно, ей очень хотелось это знать, но с тех пор, как он вернулся домой, она старалась не вмешиваться и дать сыну возможность самому принимать решения.
– Ты молодец! – произнесла она.
Ральф подошел к холодильнику и налил в стакан апельсиновый сок. Казалось, он стал намного выше и теперь с легкостью покорит весь мир. Долгие часы занятий с Мэдди, когда они учили французские слова, многократно проговаривали темы и писали варианты прошлых экзаменов, не прошли даром.
