Белобрысый вновь повернулся к Толику, и Толик тоже приготовился к драке… но Лерка, вскочив со скамейки, неожиданно встала между ними.
– Толик, пойдём! – она изо всей силы ухватила Толика за руку, потащила куда-то в сторону. – Пойдём, не связывайся! Ну, давай же, давай! – она всё тащила и тащила за собой слабо упиравшегося Толика… только бы поскорее отойти, только бы подальше отсюда… – Идём же, идём… я кому сказала!
– Что, струсил, козёл?! – раздался позади издевательский возглас белобрысого.
Толик дёрнулся, было, хотел вернуться назад, но Лерка всё тащила и тащила его за собой, и Толик, пожав плечами, послушно пошёл вслед за Леркой. И они бы так и ушли, но белобрысый, которого столь скорое окончание развлечения явно не устраивало, в два прыжка их настиг, и, облапив Лерку сзади, потащил её обратно.
– Шеф! – восторженно-пьяным голосом завопил он, стараясь удержать отчаянно сопротивляющуюся Лерку. – Смотри, какую киску поймал!
– Ах ты, гад!
Сжимая кулаки, Толик рванулся к белобрысому. Но чернявый, как-то неожиданно быстро оказавшийся рядом, нанёс Толику сильнейший удар ребром ладони по шее сбоку и Толик упал как подкошенный.
Толик! Толичек! – Лерка отчаянно билась в грязных, похотливых руках белобрысого отморозка. – Пусти! Пусти, подонок!
Но белобрысый держал крепко.
– Шеф, а ничего кисонька! – весело крикнул он приятелю. – Как раз в моём вкусе! Злая только очень. А-а! Сволочь!
Это Лерка, изловчившись, изо всей силы саданула каблуком туфельки по голени своего мучителя… впрочем, вырваться она так и не смогла.
– Злая, говорю, очень! – лицо белобрысого слегка перекривилось от боли и злости, он так крепко прижал Лерку к своей потной груди, что её даже стало трудно дышать. – Может, захватим её с собой, а?
– Может, и захватим…
Чернявый подошёл ближе, окинул Лерку оценивающим каким-то взглядом… он словно раздевал её мысленно. Потом, без особого, впрочем, интереса посмотрел на Толика, который, застонав, с трудом перевернулся на спину.
– Оклемается!
Чернявый сплюнул, вновь посмотрел на застывшую в каком-то ужасе Лерку, ухмыльнулся.
– Дохлого дружка ты себе надыбыла, детка! То ли дело, мы!
И протянув руку, он медленно провёл ей по Леркиной груди.
– Всё на месте! Значит, получим удовольствие, правда, киска?
Дёрнувшись в очередной раз, Лерка внезапно плюнула прямо в самодовольную физиономию чернявого.
– Получи пока это!
– Так! – чернявый медленно стёр плевок. – Зря ты это сделала…
Он размахнулся и изо всей силы ударил Лерку по щеке.
– Теперь поняла, что зря?!
– Подонок!
– Шеф, шеф! – послышался встревоженный голос белобрысого. – А с этим что делать? Он встаёт!
– Встаёт?
Чернявый обернулся, посмотрел на Толика, который как раз в это время тяжело поднимался на ноги.
– Слышь, козёл! Давай, вали отсюда на третьей скорости! И помалкивай, понял?!
В это время раздался дикий рёв белобрысого. Преодолевая отвращение, Лерка впилась всеми своими зубами в его грязную, вонючую руку.
– Убью, зараза!
Белобрысый с такой силой отшвырнул от себя Лерку, что она, не удержавшись на ногах, покатилась по траве. Белобрысый ринулся, было, к ней, но Толик, выйдя, наконец, из оцепенения, рванулся ему навстречу и изо всей силы врезал в челюсть. Белобрысый ещё падал, нелепо раскинув руки, а Толик уже поворачивался в сторону чернявого. И, надо сказать, повернулся он весьма своевременно, ибо чернявый уже наносил удар. С трудом увернувшись от его увесистого кулака, Толик ударил сам… но и его кулак только со свистом прорезал воздух. Чернявый легко, безо всяких усилий ушёл от удара.
Толику не впервой было участвовать в уличных потасовках, и один на один, да и в разных других соотношениях между своими и чужими. Но теперь это было совсем другое…
Белобрысый был уже на ногах, так что Толику противостояло двое вполне уже взрослых парней, причём один из них, чернявый, по всему видно было, неплохо владел навыками рукопашного боя.
Толик не успел даже среагировать на следующий его удар. Вернее, он-то среагировал, но среагировал, как оказалось, всего лишь на обманное движение своего противника. Перед глазами Толика вспыхнула вдруг ослепительно-яркая вспышка, острая боль пронзила скулу, и Толик, невольно отшатнувшись назад, вскинул руки к лицу. В следующее мгновение сильнейший удар в живот вновь свалил его на землю.
– Ну, что, козёл! – обрадовано завопил белобрысый и изо всей силы ударил Толика ногой. Он целил в голову, но в спешке промахнулся и удар вышел скользящим, а сам белобрысый едва не упал. Впрочем, он тут же исправился, и второй удар, в поясницу, был более точным. – Вот тебе! Получи! Ещё получи!
Он взмахнул ногой, чтобы в очередной раз ударить поверженного противника, но в это самой время Лерка вцепилась белобрысому прямо в волосы и ему, естественно, стало не до Толика.
– Зараза! – завопил белобрысый, хватая Лерку за руки и с трудом превеликим отрывая её судорожно сжатые пальцы от своей всколоченной шевелюры. – Да я ж тебе…
Он вдруг с такой силой завернул руку Лерке, что та, невольно вскрикнув от боли, согнулась почти пополам.