После нескольких бесед нам удалось убедить Камиллу. Сначала она наотрез отказывалась, хотя это и звучало для нее очень соблазнительно, но мне нельзя было давать встретиться с Силье, тем более на моем поле, а потому мы решили остаться в Копенгагене. И тут Марианне позвонила Камилла:
– Она заперлась в четырех стенах.
– Силье?
– Да. Не отвечает на мои эсэмэски. Я больше не выдержу. Это слишком тяжело. – Марианна напряглась. – Нам нужно что-то делать.
Камилла не могла предложить никакой альтернативы, поэтому согласилась нам помочь. С этого момента между ней и Марианной началось оживленное общение.
Оставалось всего два дня до Рождества, и если бы мы взялись переезжать в этот момент, у нас было бы слишком много хлопот. Мы все старались быть для Аниты милыми гномиками, так что у нее немного поднялось настроение, нам удалось ее отвлечь. Конечно, она справится, ведь у нее есть мы, но было бы лучше, если бы кроме нас был еще и Бриан.
Наступил рождественский вечер. Под елкой лежали подарки, на столе стоял рисовый пудинг. Миндальный орешек пока никто не обнаружил. Атмосфера была хорошая, но не первоклассная. И вдруг раздался телефонный звонок. Мы с недоумением переглянулись. Карен уже звонила, а кто еще мог нам позвонить? Телефон звонил уже долго и вот-вот замолчал бы, но Йеппе, к счастью, успел взять трубку:
– Алло.
На другом конце провода молчали, так что Йеппе повторил.
– С кем я разговариваю?
– Это вы нам звоните.
– Вы кто?
– Нет, это вы кто? – Йеппе готов был разбить телефон.
– Бриан Биркемосе Андерсен.
Номер телефона ему дала Ханна. Он обещал, что не будет разоблачать ее, если она к Рождеству добудет телефон Аниты. В мобильном у Ханны этого номера не было, а она находилась в гостях у родителей своего мужа в Оденсе. Но Бриан не оставил ей выбора: либо она к вечеру достанет ему телефон Аниты, либо он сообщит о ней в полицию. Так что ей пришлось поехать из Оденсе в детский сад и откопать нужный номер. И вот теперь он позвонил.
Йеппе делал какие-то жесты, которых мы не понимали.
– Ты меня знаешь?
– Да, встречались как-то на кладбище.
И тут мы поняли, что это Бриан. Все испуганно посмотрели на Аниту, которая сильно побледнела.
– А Николай тоже там?
– Да.
Йеппе сделал мне знак, чтобы я встал.
– Я не хочу с ним разговаривать. Если он подойдет, я кладу трубку.
Йеппе показал мне, чтобы я снова сел на место. Анита подошла к Йеппе, который тут же протянул ей трубку, но успел нажать на кнопку громкой связи, чтобы все могли слышать их разговор.
– Привет.
Бриан молчал.
– Ты еще тут?
– Да.
Мы старались не дышать.
– Ты что-то хотел мне сказать? – спросила Анита.
– Да. – Но дальше он не произнес ни слова.
Повисла долгая томительная пауза.
– Так что ты хотел сказать?
– Алан расстроился.
Анита слегка улыбнулась:
– Из-за чего?
– Я обещал ему, что ты будешь отмечать Рождество вместе с нами. Он заперся в своей комнате и обзывает меня пердуном.
– Я бы с удовольствием отпраздновала с вами Рождество.
– Я знаю. – Голос Бриана звучал пристыженно. Вновь возникла длинная пауза.
– Это все, что ты хотел сказать?
– Нет. Ты придешь к нам?
Анита нервно кусала губы.
– Потому что Алан хочет, чтобы я пришла?
– Да.
Она пошла ва-банк:
– Этого недостаточно.
– В каком смысле? – заволновался Бриан.
– Ты тоже должен этого хотеть. Мне очень нравится Алан, но влюблена я в тебя.
Тут Велик начал всхлипывать, как маленькая довольная шлюха. Свищ немного отстранился от него, Йеппе оказался рядом с Великом и в замешательстве уставился на слезы, струящиеся по его щекам. Это были слезы радости, но все же слезы, и Йеппе протянул руку и обнял Велика, который тут же прильнул к Йеппе, не прекращая всхлипывать. На мгновение он взглянул на меня, чтобы увидеть мою реакцию, и, когда я довольно улыбнулся, Йеппе убедился, что все делает правильно. Бриан молчал довольно долго, но по его дыханию, которое мы прекрасно слышали, было понятно, что в нем происходят глобальные перемены, и когда он наконец произнес эти слова, взорвался настоящий фейерверк.
– Я хочу, чтобы ты пришла. Я тоже в тебя влюбился.
Анита больше не смогла сдерживаться, она разрыдалась от радости и облегчения. Мы все вскочили, чтобы поддержать ее, но она нас оттолкнула. Тогда мы оставили ее в покое, она сидела и тихо плакала, а потом сказала:
– Я скоро буду.
Положив трубку, она оглядела нас. Еще секунду мы молчали, но за этой секундой пришла огромная волна ликования. Мы как сумасшедшие запрыгали по гостиной. Анита так и осталась сидеть у телефона, вымотанная только что закончившимся разговором. Она сияла от счастья, наблюдая, как мы в счастливом порыве опрокидываем мебель, елку и наскакиваем друг на друга, пока мы не повалили и ее саму, кинувшись к ней с объятиями.
Спустя десять минут она уже стояла в дверях. Мы все еще были слегка ошарашены произошедшим, но поспешили вернуться к тарелкам с пудингом, ведь миндаль так и не отыскался. Правда, потом оказалось, что Йеппе случайно проглотил его в тот момент, когда зазвонил телефон.
