Учитывая накопившиеся сведения о развитии медвежат, мы старались в своей работе создавать для них такие условия, которые наименьшим образом отличались от тех, в которых оказываются медвежата в дикой природе. До возраста трех месяцев медвежата-сироты содержатся в темном помещении, как в берлоге. С возраста двух месяцев они имеют возможность бегать, играть, лазать по специальному «тренажеру», сделанному из толстых веток. В возрасте трех месяцев, в начале апреля, их выносят в специальный вольер площадью в один гектар, который расположен в лесу. В вольере имеется бревенчатый домик-берлога, который становится для подрастающих медвежат убежищем в непогоду и в ночное время, когда они уходят спать. Из домика-берлоги медвежата могут выходить в вольер в любое время суток. Начиная с мая месяца, медвежата выходят из вольера в лес, так как двери вольера остаются постоянно открытыми. В возрасте от шести до семи месяцев медвежата-сироты обретают самостоятельность, и их можно выпускать на волю, в новые лесные угодья.
За все время работы с медвежатами нам ни разу не пришлось встретить одинаковых по характеру животных. Каждый новый медвежонок отличался яркой индивидуальностью и в некоторых особенностях поведения, и в способности приспосабливаться к жизни в природной среде. Особыми оказались и Хаппа с Нюком, о которых я хочу рассказать. К двухмесячному возрасту, когда медвежата уже способны хорошо различать окружающие предметы, много двигаются и играют, Нюк с Хаппой начали проявлять особую осторожность. Поведение их удивительно совпадало с внешностью. У них было короткое с крепкими лапками тело, покрытое густой, не такой как у других медвежат, шерстью. У них были округлые головки с тонкой, вытянутой мордочкой, по бокам которых были поставлены чуть выпуклые, внимательные глазки. В этих глазках всегда проглядывали осторожность и недоверие к окружающему их миру. К протягиваемой бутылочке с молоком они медленно тянулись всем тельцем, вытягивали голову и осторожно брали соску в рот. При этом косили глазом на руку, в которой была бутылочка, и готовы были при малейшем неверном движении кормильца отпрянуть назад. Другие медвежата всегда активно брали соску, нервничали, если молоко шло медленно, требовательно рявкали и защищали свою бутылку от любых посягательств на нее другими медвежатами.
Хаппа и Нюк за все время содержания так и остались неразлучными братом и сестрой. В вольере медвежата устраивали настоящие сражения. Нападая друг на друга, они кувыркались, падали, ползали, образуя движущуюся кучу, в которой трудно было выделить кого-либо из знакомых медвежат. Если при этом кто-то из них вываливался из этой кучи, то тут же становился в стойку на задние лапы и прыгал в самую середину, мешаясь с общей массой ворочающихся тел. Хаппа с Нюком редко участвовали в таких свалках. И если включались в общую потасовку, то оставались сбоку от сцепившихся в схватке медвежат, и их всегда можно было отличить от остальных шалунов. Но друг с другом они играли самозабвенно и подолгу. Наблюдая за медведями, я не перестаю удивляться их пластичности. Тело у них может складываться и изгибаться в любую сторону без всякого напряжения. Задней лапой медведь может почесать у себя лоб, а проворность передней лапы, которой медведь помогает себе при добывании пищи, вызывает восхищение.
Основной пищей для медвежат до самой середины июня является специально приготовленная овсяная каша, которую им выкладывают в вольере. В вольер ходят по одному только два человека, к запаху которых медвежата привыкают. Запах других людей для медвежат в таком случае является «чужим», и они убегают, если зачуют присутствие другого человека. Конечно, идеальным вариантом в такой работе было бы приучение медвежат к запаху только одного человека. Но на биостанции возникают такие ситуации, когда сотрудники вынуждены подменять друг друга. Тогда на смену одному человеку заступает другой, который будет варить и носить медведям кашу до тех пор, пока не вернется первый кашевар.
Вольер расположен в лесу, в стороне от деревни, и медвежата после того, как их переносят в вольер, находятся как бы в естественной для них, лесной среде. Потом, как подрастут, они самостоятельно выходят в лес. До конца мая месяца медвежата-сироты не уходят от вольера дальше 100–200 метров.
