– Сбежать? От мужчины всей моей жизни? – поразилась я и, видимо, выражение моего лица стало таким непередаваемым, что девушки рассмеялись. – Да мне бы такое и в голову не пришло, если чувства взаимны.
– Вот, самое сложно донести до своего мужчины эту мысль, – поделилась Касс. – А после… ждать его решительных действий. Ну, или снова действовать самой.
Я сделала глоток воды, осмысливая сказанное.
– Не могут они в начале отношений иначе, Гвен, – тихо сказала Алекс. – От них столько раз отворачивались, или еще хуже оставались рядом, желая получить выгоду, считали чудовищами или просто боялись, что они опасаются раскрываться перед кем-то, обнажать свои чувства. Но со временем привыкают к твоей заботе, теплу, любви…
– И сдаются! – уверенно заявила Ника. – Твой ректор вот уже явно понял, что такое страх потери.
– Он говорил об этом…
– Говорил! – покачала головой Касс. – А о том, что он мчался несколько кварталов с тобой на руках и не отходил от тебя ни на шаг, упомянул?
Хм…
– Или о том, что когда передавал тебе свою энергию, испытывал невероятную боль?
– Что? – поразилась я.
– Вот-вот! Впрочем, я бы больше удивилась, если бы Рафаэль об этом рассказал. Не сомневайся в его чувствах, Гвен, – улыбнулась Касс. – Уж я-то видела, каким был ректор, когда ты чуть не умерла. Одни его пронзительные глаза чего стоили!
– И это ты еще не знаешь, что вчера он наведался в тюрьму к пустыннику, который совершил на тебя покушение, – заявила Ника, и мы все уставились на нее, так как впервые об этом слышали. – И поговорил с тем гадом… по-мужски.
Я нервно сглотнула.
– Тот пустынник остался жив? – спросила шепотом.
– Остался. Правда, теперь малость заикается и просит бронированную камеру, опасаясь, что его превратят в пыль, – добавила Ника.
– Рафаэль мне ничего не сказал! Да даже не намекнул! – выдохнула я. – Впрочем, чего я ожидаю от мужчины, который всегда молча решает любые проблемы, считая это нормальным.
– Нам это всем знакомо, – хмыкнула Алекс.
– А все равно я его люблю, – улыбнулась, чувствуя, как меня переполняет тепло.
Девушки понимающе хмыкнули.
– Тогда наберись терпения и не сдавайся, – посоветовала Ника.
– И никуда твой ректор от тебя не денется, – подмигнула Алекс.
Все же, как мне не хватало подруг-то, оказывается! Только сейчас, когда неожиданно их приобрела, я это поняла.
Дальше разговор плавно перетек на самые разные темы. Вкусная еда и простая болтовня сняли напряжение последних дней, и в отдел по организации экскурсий и праздников я направилась спокойная и уверенная в себе. По пути даже решилась и написала сообщение Рафаэлю, что скучаю и думаю о нем почти все это время. Это в первый раз, оказывается, признаться своему мужчине открыто в чувствах сложно, но делать это уже после мне даже нравится.
Получив в ответ краткое «я тоже», поняла, что у меня словно вырастают крылья. Понятное же дело, что жутко занят, но время ответить нашел.
С работой, разбираясь в расовых традициях и помогая сформировать программу экскурсии и празднование дня рождения в Ариатском заповеднике, я справилась за два часа. И, узнав, что никаких заданий для меня нет, отправилась на тренировку. Ко мне неожиданно присоединились Касс и Алекс, а вот Ника теперь заниматься не могла.
Разминка, индивидуальная работа с даром – щиты уже получались быстро и спокойно, а вот с энергией живых существ предстояло еще долго и упорно работать, преодолевая страх и сомнения, а следом – несколько загруженных на троих реальностей, где мы, пробираясь через джунгли, а после пустыню, разбирались со всякими монстрами.
К концу тренировки за Касс заглянул Шархат, а следом появился и Диар. Я написала Рафаэлю, что возвращаюсь домой. Он ответил почти сразу, коротко сообщив, что будет совсем поздно.
Оказавшись в квартире, я заглянула в холодильник, решая, чем буду ужинать, и мыслями опять вернулась к своему мужчине. Интересно, как там Рафаэль? Безумно хочется его увидеть. Но он наверняка до сих пор сильно занят.
Пока готовила еду, как-то само собой пришла мысль отвести Рафаэлю ужин. Конечно, сейчас существует уйма сервисов по доставке, но ничто не заменит вкусно приготовленной домашней еды. Запеченная рыба с овощами и салат сегодня получились отменными и, поколебавшись, я все же решилась.
Пока Гастон добирался до меня, я поела и сложила в контейнеры готовую еду.
Снаружи уже начало темнеть, когда флаер приземлился на одну из площадок возле административного корпуса Ариатской Звездной Академии. Кабинет Рафаэля располагался на самом верху здания, и пришлось несколько раз сканировать лиар, прежде чем я оказалась в приемной. Секретарь листал голограммы, с кем-то разговаривая по видеосвязи. Увидел меня, замер.
– Добрый вечер, нара Гвендолин.
– Добрый.
Надо же, даже мое имя знает. Хотя, о чем я? О моих отношениях с ректором Рафаэлем с некоторых пор не знает разве что ленивый.
– Проходите, мой шеф у себя.
– Вы не будете докладывать о моем приходе? – удивилась я.
