Снова тишина.
— Я не позволю водить меня за нос, — прошептал он. — Ты хотела, чтобы академия считала нас парой. Я этого добился. Но этот. Леон. Все испортит.
У меня вдруг возникло острое желание поспорить, но это ни к чему бы не привело. Нэйт был слишком разгорячен и не принял бы мою позицию. Объясни ему сто раз, что невеста не может жить в вакууме, он бы все равно горячился.
— Значит ты ревнуешь.
Уоррен усмехнулся и, казалось, подался назад. Я уже подумала, что наш разговор окончен. Облегченно выдохнула. Но не тут-то было.
Нэйт прильнул ко мне. Его губы нашли мои, а язык настойчиво проник в рот. Я замычала и попыталась отпихнуть жениха. Кулаки стукнули его в грудь. Уоррен ловко развел мои руки в стороны и прижался еще сильнее.
Пылкий, яростный поцелуй разжигал огонь. Нэйт точно захватывал меня им. Он не останавливался. Ласкал, не давая сделать полноценного вздоха. Я сучила ладонями по его спине, но он был слишком увлечен мной.
Приятная сладость разлилась во рту, потекла под кожей к животу. Свинцовая тяжесть разлилась в груди. Дышать было трудно, лиф неприятно стискивал тело.
Силы покинули меня. Я била его, но уже как-то вяло. Руки слабели, кулаки сами разжались.
Уоррен подхватил меня и поднял, прижавшись бедрами к моим. Сама не своя, я обвила его ногами. Юбка задралась. Прохладный воздух лизнул непокрытую чулками кожу.
Нэйт положил ладонь на кружевной край и потянул чулок вниз до колена. Принялся ласкать мое бедро. Пальцы выписывали незамысловатые круги, сминали кожу и пробирались вверх — к промежности.
— Что тут творится? — раздался голос преподавателя.
Нэйт оторвался от меня и выругался. Его губы, как и мои, опухли от поцелуев, дыхание сбилось. Он медленно опустил меня на пол.
— А ну-ка отошли друг от друга, — скомандовал профессор. — Вы забыли где находитесь?
— Нет, — зло бросил Уоррен. Я лишь покачала головой. Дурацкий чулок болтался на коленке и мне хотелось его подтянуть. Ох, что за глупости? Думать обо всякой ерунде в критической ситуации.
— Вы оба будете наказаны. Я сообщу ректору, вашим наставникам, вашим родителям.
Мне хотелось провалиться сквозь землю. Сначала конечно неплохо бы поправить чулок, а потом провалиться. За столько лет безупречной учебы первое наказание. Оно обязательно попадет в личное дело и в Министерстве при приеме на работу не останется незамеченным…
— Ваши имена, — потребовал профессор. Он был мне не знаком, несмотря на значок факультета артефакторики. Наверно, кто-то новый. Моложавый, в новеньком костюме с идеально уложенными русыми волосами и ясными голубыми глазами. Он чем-то напоминал мне Леона.
— Нэйтан Уоррен.
— Оливия Блэйк.
— О, так это вы обручены…
— Да, — заявил Нэйт таким тоном, словно собирался подраться с преподавателем. — Так что, у нас все еще проблемы?
Повисла тишина. Уоррен и профессор мерили друг друга взглядами. В центральной башне звенел колокол, возвещая о начале лекции.
— Не дерзите, молодой человек. Будь вы хоть мужем и женой, нечего устраивать невесть что в стенах академии. Тут вам не дом, и не гостиница. Ваши родители обязательно узнают о вашем поведении.
Нэйт прыснул, я закатила глаза. Представляю, что будет. Мама запрется со мной в комнате и начнет рассказывать откуда берутся дети. Папа решит, что нам не стоит откладывать свадьбу.
— Теперь разошлись в разные стороны, — профессор бросил на меня презрительный взгляд. — А вы приведите себя в порядок.
Краем зрения я уловила, как напрягся Нэйт. Казалось, еще слово и он точно бросится в драку.
Я наклонилась, чтобы поправить чулок. Но для этого мне потребовалось бы задрать юбку. Профессор все еще смотрел на меня. Так въедливо. Даже не моргнул ни разу. У меня создалось ощущение, будто он только ждет, когда я оголю ногу.
— Вы хоть бы отвернулись, — зло бросил Нэйт и встал передо мной, закрыв от чужих глаз.
— Не учите меня приличиям.
Ситуация накалилась до предела. Напряжение звенело в воздухе.
— Нам пора на лекции, — откашлялась я.
— Еще пять минут назад вы о них не помнили.
Боги, откуда столько злости? Он же впервые нас видит.
— Вы придираетесь, — Нэйт опустил руки.
— Мы пойдем на занятия, профессор, — вмешалась я.
Мы с Уорреном одновременно подняли сумки, которые упали на пол во время поцелуя.
— Всего хорошего, профессор. Удачно вам соблюсти нравственность и в остальных уголках академии, — на прощание бросил Уоррен.
Я поспешила по коридору к выходу. Нэйт не отставал. Как только мы оказались на улице, я раздраженно бросила.
— Ты невыносим. Неужели нельзя было промолчать? Теперь простыню накатает.
— И что? Из наказаний они могут предложить вымыть пол без магии в аудиториях или убраться в столовой.
— Но это занесется в личное дело!
Нэйт прыснул.
— У тебя что? Ни одного проступка не было за все годы?
— Нет. И для меня очень важно, чтобы их не было и дальше. Иначе меня не возьмут в Министерство.
Уоррен остановился, и я тоже.
— Правда важно?
— Да.
Уголки его губ дернулись вверх.
— А когда ты в покер пришла играть, для тебя тоже было важно иметь чистое личное дело?
— Конечно.
— Но ты рисковала.
— Да, и...